Бесплатно

С нами Бог!

16+

03:10

Четверг, 15 ноя. 2018

Легитимист - Монархический взгляд на события. Сайт ведёт историю с 2005 года

Чехословацкий корпус в Екатеринбурге

06.11.2018 15:36

Пыльцын Ю. С. Начальник Екатеринбургского во имя Святых Царственных Страстотерпцев отдела Российского Имперского Союза-Ордена. Чехословацкий корпус в Екатеринбурге К 100-летию освобождения города.

После известных событий мая 1918 г., которые именуются «чехословацким выступлением», на Екатеринбург стала наступать Челябинская группа Чехословацкого корпуса (ЧСК). В июле 1918 года части 1-й Чехословацкой дивизии под командованием генерала С. Н. Войцеховского провели Екатеринбургскую операцию.

На первых парах, в конце июня, Войцеховский направил на Екатеринбург только около 1 тыс. человек. В этом направлении действовала основная часть казачьих отрядов полковника Сорочинского, насчитывавших в целом около 4,5 тыс. штыков и сабель, 9 пулемётов и 4 орудия. В то время степной корпус белых, штаб которого находился в Семипалатинске, смог выделить для наступления из Зауралья на Екатеринбург всего 590 штыков и сабель, 14 пулемётов. Т.е. совокупные силы, собранные для наступления на Средний Урал, составляли не более чем 6 тыс. штыков и сабель. Но к этим войскам подключались возникавшие на местах повстанческие отряды(1).

В частности, в г. Екатеринбурге действовало несколько подпольных организаций, использовавших легально действовавшие «прикрытия» для своей деятельности. Таковыми были организация прапорщика В. Г. Олесова (на основе союза безработных офицеров екатеринбургского гарнизона) и две группы офицеров Академии Генерального штаба, эвакуированной в город весной 1918 г. Одна из них («пятёрка помощи»), под руководством капитана Д. А. Малиновского, планировала освобождение Царской Семьи (в неё входили также капитаны М. К. Гершельман и Н. А. Деллингсгаузен) (2). Ещё 10 июня была предпринята попытка свергнуть в городе Советскую власть, но её удалось сорвать (3).

Возможности для ведения подпольной антисоветской работы были и у городского Союза фронтовиков (4). Под руководством штабс-капитана Н.К. Ростовцева, прибывшего из Москвы в апреле 1918 г., также в городе действовала группа подпоручика В. М. Зотова. Построенная на основе конспиративных «пятёрок», она смогла внедрить своих представителей в советские структуры. Сам Зотов занимал должность адъютанта штаба Уральского областного военного комиссариата, а его сотрудники работали в штабе Уральского военного округа и даже в разведотделе штаба Северо-Урало-Сибирского фронта. Связь между членами организации, контакты с другими подпольными военными группами осуществляли екатеринбургские скауты. Незадолго до вступления в город чехословацких войск, подпольщикам удалось укомплектовать своими членами городскую караульную команду. Часть членов этой группы, под руководством поручика П. К. Химичева, безуспешно пыталась освободить Царскую Семью. Однако, антисоветское выступление в целом прошло удачно. В ночь с 24 на 25 июля 1918 г. подпольщикам удалось взять под контроль окраину города, установить контакты с наступавшими на Екатеринбург чехословаками и оренбургскими казаками и содействовать его взятию (5).

25 июля красные оставили Екатеринбург, а 28 июля в город вступили чехословацкие части. Это был авангард в составе 3 роты учебной и разведывательной команд 3-го чехословацкого Яна Жижки стрелкового полка. Командовал подразделениями прапорщик Чермак. На следующий день с южного направления в город вступила группа прапорщика М. Чилы в составе двух батальонов и специальных частей 3-го чехословацкого корпуса (6). Уже 30 июля в городе и уезде было объявлено военное положение (7).

После отступления большевиков из города власть в нём была взята чешским комендантом поручиком Миллером, назначенным на эту должность генералом Шокоровым ещё 23 июня (8).

Сразу же, после вступления в город новая власть начала мероприятия, направленные на поддержку армии. Начался сбор белья для чехословацких, казачьих частей и частей Народной армии, поляков, проживающих в городе, призывали вступить в ряды национальных польских частей. Почти в каждом номере газеты «Зауральский край», особенно в 1918 г. были объявления о записи в какие-либо добровольческие части, будь то польские части из этнических поляков или русско-чешские полки (9). Для военнослужащих чехословацких войск и народоармейцев была открыта бесплатная зубная амбулатория (10). Однако, судя по всему, материальное обеспечение чехословацких частей оставляло желать лучшего. Санитарный отдел Чехословацкого Национального Совета (ЧНС) был вынужден, даже, обратится к екатеринбуржцам с просьбой пожертвовать три швейные машинки для починки белья, находящихся в прифронтовой полосе русских и чешских частей (11). В феврале 1919 г. в Екатеринбурге был образован фонд помощи чешским инвалидам (12).

После вступления в город чехословаков и Народной армии эти силы активно поддерживала Церковь. Игуменья Ново-Тихвинского женского монастыря Магдалина лично встречалась с полковником Войцеховским и благословила его на бранные подвиги (13).

Отношения чехословацкий войск с Временным Областным Правительством Урала (далее – ВОПУ), которое образовалось практически сразу же после вступления в город белых войск, а затем и с Сибирским Правительством, было не бесконфликтное. Так, в октябре 1918 г. главноуправляющий юстиции правительства Н.Н. Гассон требовал не реагировать на распоряжение чешского коменданта Блага о прекращении продажи олова, свинца и других металлов. Гассон находил такое вмешательство «недопустимым» (14). Член уральского правительства Л. Кроль вспоминал, что «чехи довольно свободно распоряжались “военной добычей”, присваивая её почти полностью себе» (15).

После переворота 18 ноября недовольные свершившимся событием силы пытались поднять армию на «Защиту учредительного собрания», но русская армия их не поддержала. Чехословацкий Национальный совет, однако, выступил с воззванием, в котором осудил переворот в Омске, как антидемократический (16). Один из авторитетных чехословацких военачальников, генерал-майор Р. Гайда (командующий Екатеринбургской группой войск), заявил о своём нейтралитете (17). Так как под его командованием были реальные войсковые части, а, пришедший к власти А. Колчак, заявил, что не пойдет «по пути реакции», серьёзного «антиколчаковского» сопротивления в Екатеринбурге не было.

Гайду не забыли. В мае 1919 г. даже рассматривался вопрос об учреждении в Горном институте на средства городского самоуправления стипендию им. генерал-лейтенанта Гайды. Отдел народного образования запросил городскую Управу о размере стипендии (18). Но как раз в это же время своенравный генерал в обход А. В. Колчака, выступил с демаршем против Ставки, начальника её штаба генерала Д. А. Лебедева, а также практически саботировал оказание помощи терпящей поражение соседней, Западной армии (19). Тем более обстановка на фронте складывалась не в пользу белых и в июле они оставили большую часть региона. Так что дело со стипендией сошло на нет.

Также в Екатеринбурге в 1918—1919 годах располагалось переброшенное с Украины Российское отделение Чехословацкого национального совета. Среди тысяч легионеров, которые в это время прошли через Екатеринбург, находились и те, кто позднее стал выдающимися личностями чешской истории: президент Людвик Свобода, первый посол Чехословакии в России Богдан Павлу, генералы Людвик Крейчи и Богумил Бочек, писатель Рудольф Медек и многие другие. 29-го декабря в Екатеринбург прибыл чехословацкий военный министр генерал Штефаник (20).

До настоящего времени в Екатеринбурге сохранилось здание «Американской гостиницы» (ныне – художественное училище имени Шадра), в котором располагалось отделение Чехословацкого Национального Совета.

Немалый вклад внесли чехословацкие легионеры и в развитие культуры и просвещения. В Екатеринбурге выходили чешские газеты и книги, организовывались театральные представления, культурные и спортивные мероприятия. В 1919 году в качестве подразделения Чехословацкого национального совета здесь был открыт Легионерский театр, актеры которого сыграли более 235 спектаклей для чешской и русской публики в 17 городах Урала и Сибири. С 1919 года в Екатеринбурге неоднократно выступал чехословацкий симфонический оркестр (21). В газетах печатались статьи о чешском и словацком народах, об их истории, языке, публиковались произведения чешских поэтов (22).

Так же отмечается, что чехословаки были и крупнейшими потребителями пива в Екатеринбурге (23), в связи с чем Злоказовский завод начал было производить пиво, как и до войны (24) (в годы Первой мировой завод перепрофилировался на выпуск шинельного сукна).

Войска ЧСК оказали влияние и на форму армии Колчака. Так, у ударных отрядов фуражки заменили на «чешские колпачки» (головные уборы, напоминающие польские «конфедератки» (25).

Довольно большое количество чехов настолько сроднились с Россией, что решили принять российское подданство. Пресса даже сообщала о «наплыве прошений» (26). Вообще, пресса не скупилась на положительные характеристики бойцам ЧСК. Наиболее часто употребляемым было, конечно, слово «братья» (27), чем подчёркивалась общность славянских уз, связывающих наши народы.

Широко праздновалась и годовщина выступления ЧСК. Официально этот день назывался «годовщина свержения большевиков в Сибири». В этот день занятия в войсках не производились, солдаты бесплатно посещали театры и кинематографы. Воинские части были украшены национальными и сибирскими флагами (28).

Однако отношения были не такими уж безоблачными, как это может показаться на первый взгляд. 14 января 1919 г. Главный начальник Уральского края Сергей Семёнович Постников шлёт в Минснаб лаконичную, но тревожную телеграмму: «[В] моём распоряжении никакого керосина нет. У чехов есть четыре цистерны. Запасы Перми ещё не известны, вывоз оттуда в ближайшее время безнадёжен. Рекомендую обратиться [в] Челябинск [к] Дитерихсу» (29). Вывод из этой телеграммы может быть таким, что чешские цистерны были последним резервом города. Однако, версия эта могла бы быть единственной если бы между первым и вторым предложением стояло слово «только». Но телеграмма составлена таким образом, что можно подумать, что чешские цистерны Постникову не подотчётны. И либо чехи не могут их выделить Екатеринбургу, либо не хотят. Во всяком случае, это укладывается в картину, отмечаемую многими мемуаристами (30): после окончания Первой мировой войны, а, особенно, после ухудшения положения на фронте, чехословацкие части совсем отошли от борьбы с большевиками и пытались побыстрее вернуться на Родину, пытаясь увести с собой все «трофеи», а так же всё, что «плохо лежало». Это контрастирует с поведением чехов ещё в декабре 1918 г., когда они выделяли технических специалистов для осмотра уральских заводов (31). Также в газете «Голос Сибиряка» было упомянуто, что из Екатеринбурга в Чехословакию отправилась миссия, состоявшая из членов Российского Правительства и уральских торгово-промышленных кругов, для ознакомления с чешской промышленностью. К сожалению, судьбу этой миссии проследить не удалось (32).

В марте 1919 г. Екатеринбург покинули чехословацкие войска. Это событие ознаменовалось рядом мероприятий. Освободителям города генералу Войцеховскому и полковнику Жаку было преподнесено оружие, украшенное «уральскими камнями». Отразилось это событие и в городской топонимике. Так же Арсеньевский проспект был переименован в Чехо-Словацкий (33). Ныне это улица Я. Свердлова. В дальнейшем отдельные представители чешского командования посещали Екатеринбург (34), но крупный воинских контингентов в городе уже не было.

Вместе с тем, Екатеринбург стал также последним пристанищем для части бойцов чехословацкого корпуса, павших в боях или умерших в госпиталях от болезней и ран. На Михайловском кладбище города в 1918—1919 годах были похоронены почти 400 чехословацких солдат (35).

Таким образом, ЧСК был главной силой, участвующих в освобождении Екатеринбурга от большевиков. Взаимоотношение между чехословацкими войсками и русским правительством было в целом спокойное, омрачённое несколькими инцидентами в 1919 г., что укладывалось в общий процесс изменения взаимоотношений между русским и чехословацким правительствами. Что касается взаимоотношений на бытовом уровне то, судя по имеющимся у нас источникам, особых конфликтов и нетерпимости не было. Скорее наоборот – официальные лица стремились всячески продемонстрировать общность славянских уз, связывающих два народа.

 

1 Плотников И. Ф. Средний Урал в годы Гражданской войны. Свердловск, 1990. С 16-17.

2 Кручинин А. М. Надежды восемнадцатого года: страницы истории екатеринбургского антибольшевистского подполья 1918 г. // Белая армия. Белое дело. Екатеринбург, №14. 2004. С. 15.

3 Плотников И. Ф. Революционная борьба трудящихся Урала в тылу интервентов и белогвардейцев (1918-1919). Свердловск, 1980. С. 15.

4 Кручинин А. М. Указ. соч. С. 15.

5 Кручинин А. М. Указ. соч. С. 15-19.

6 Дмитриев Н. И. Во имя и вопреки: открытие памятника чехословацким легионерам в Екатеринбурге // Белая армия. Белое дело. Екатеринбург. № 17. 2009. С. 123.

7 Государственный архив Свердловской Области (ГАСО) Ф. р1956. Оп. 1. Д. 47. Л. 29.

8 Плешкевич Е. А. Временное Областное Правительство Урала: дискуссия о причинах образования // Отечественная история, 2003. №5. С. 32.

9 Зауральский Край. №23, суббота 24 августа 1918 г., Наш Урал. №8, вторник 26 (13) ноября 1918 г.

10 Наш Урал. №7, воскресенье, 24 (11) ноября 1918 г.

11 Наш Урал. №8, вторник 26 (13) ноября 1918 г.

12 Голос Сибиряка. №15, воскресенье 23 февраля 1919 г.

13 Православные монастыри. Путешествие по святым местам. №60, 2010.

14 ГАСО. Ф. р1196. Оп. 1. Д. 69. Л. 61.

15 Кроль Л. А. За три года (воспоминания, впечатления и встречи). Владивосток, 1921. С. 82.

16 Наш Урал. №5, пятница 22 (9) ноября.

17 Цветков В. Ж. Белое дело в России. 1919 г. (формирование и эволюция политических структур Белого движения в России). М., 2009. С. 16.

18 ГАСО. Ф. р1196. Оп. 1. Д 1. Л. 1.

19 Плотников И. Ф. Гайда (Гейдль) Радола (Рудольф) // Гражданская война на Урале (1917-1922 гг.). Энциклопедия и библиография. Т.1. Екатеринбург, 2007. С.76.

20 Голос Сибиряка. №1, среда 1 января 1919 г.

21 Голос Сибиряка. №1, среда 1-го января 1919 г.

22 Наш Урал. №8, вторник 26 (13) ноября 1918 г., Голос Сибиряка. №25, воскресенье 6 апреля 1919 г., Голос Сибиряка. №22, воскресенье 23 марта 1919 г.

23 Электронный ресурс. URL: http://www.nubo.ru/pavel_egorov/books/ekaterinburg.html (дата обращения: 16.10.18)

24 ГАСО Ф. р1196 Оп. 1. Д. 4. Л. 169.

25 Будберг А. П. Дневник белогвардейца. М.; Минск, 2001. С. 26.

26 Голос Сибирской армии. №7, пятница 11 апреля 1919 г., Голос Сибиряка. №26, четверг 10 апреля 1919 г.

27 См. напр. Голос Сибирской армии. №19, понедельник 26 мая 1919 г.

28 Голос Сибирской армии. №19, понедельник 26 мая 1919 г.

29 ГАСО Ф. р1956. Оп. 1. Д. 51. Л. 192.

30 См. напр., Варженский В. Великий Сибирский Ледяной поход // Каппель и каппелевцы. М., 2007; Ефимов А. Г. Ижевцы и воткинцы. Борьба с большевиками 1918-1920. М., 2008; Молчанов В. М. Последний белый генерал. Устные воспоминания, статьи, письма, документы. М., 2009. И др.

31 ГАСО Ф. р1956. Оп. 1. Д. 51. Л. 54.

32 Голос Сибиряка. №8, четверг 30-го января 1919 г.

33 Голос Сибиряка. №22, воскресенье 23 марта 1919 г.

34 Голос Сибиряка. №25, воскресенье 6 апреля 1919 г.

35 Историческая память // Свет Православия. Электронный ресурс. (URL: http://pravoslaviecz.cz/istoricheskaya-pamyat-22010/ (дата обращения: 16.10.18.)); Голос Сибиряка. №2, вторник 7-го января 1919 г.

 

Версия для печати