Бесплатно

С нами Бог!

16+

21:40

Пятница, 28 фев. 2020

Легитимист - Монархический взгляд на события. Сайт ведёт историю с 2005 года

Знак КИАФ для гражданских чинов. faleristika.ru

Фото: Знак КИАФ для гражданских чинов. faleristika.ru

Корпус Императорских Армии и Флота

Автор: Громов Антон | 29.10.2011 17:50

Организационно Корпус Императорских Армии и Флота был единственным законным правопреемником Российской Императорской Армии.

Предлагаемый читателям очерк не претендует на полноту и завершённость. История Корпуса Императорских Армии и Флота (КИАФ) практически не изучена, и цель данной публикации состоит в том, чтобы дать общее представление о деятельности КИАФ и о его месте в истории русского зарубежья.

С момента создания легитимистского движения одной из важнейших задач его руководства было привлечение к нему военных элементов русской белой эмиграции. C принятием Великим Князем Кириллом Владимировичем титула «Император в изгнании» встал вопрос о создании военной организации, которая, в случае падения диктатуры коммунистов в России, могла бы стать кадром возрожденной российской армии.

Необходимость отдельной, чисто военной организации в рамках легитимистского движения, объяснялась психологией и интересами военной среды, мировоззрение и корпоративные традиции которой часто были чужды гражданским участникам движения. Именно поэтому проект такой организации был подготовлен начальником Канцелярии Его Императорского Величества генералом Е. П. Доливо-Долинским.

30 апреля 1924 года высочайшим приказом 108 было положено основание Корпусу офицеров Императорских Армии и Флота (первоначальное название КИАФ. — А. Г.). Этот приказ нашёл отклик в сердцах многих русских офицеров. С момента начала смуты в России офицеры оказались в затруднительном, двусмысленном положении. Всевозможные правительства требовали от них жертвенности и верности долгу перед Родиной, и в тоже время офицерство рассматривалось как подозрительный, реакционный элемент. Создалось фантасмагорическая ситуация, когда господа офицеры должны были героически сражаться и умирать, но при этом им категорически было запрещено высказывать свои убеждения. В период Белой Борьбы, за редкими исключениями, монархическое знамя практически не поднималось (*).

Учреждение КИАФ давало офицерству долгожданную возможность выразить свои чувства и убеждения, сплотившись вокруг монархического знамени. Однако такой шаг был отнюдь не простым. Знаменитый приказ 82 генерала барона Врангеля был направлен против легитимистов. Вступавших в КИАФ или другие легитимистские организации офицеров исключали из объединений и союзов, подчинявшихся генералу Врангелю. Возникал не только идейный конфликт между соратниками по Гражданской войне: нередко исключение влекло за собой и лишение материальной поддержки, ярким примером чему может служить инцидент с офицерами Сводного Гвардейского полка. Вместе со своим командиром, полковником К. В. Апухтиным, они выразили верноподданические чувства Государю Кириллу Владимировичу, за что немедленно были исключены из рядов РОВС и лишены работы. Тем не менее, именно такое положение дел позволяло собрать в КИАФ отборный, наиболее преданный монархической идее элемент.

Приказом 108 утверждалось Положение о Корпусе офицеров Императорских Армии и Флота. Оно устанавливало структуру организации (административно Корпус подразделялся на округа, отдельные районы, отделы, отделения), определяло порядок зачисления генералов и офицеров (зачислялись не только офицеры Императорского производства, но и получившие свои чины в Гражданскую войну), учреждались суды чести. Предусматривалось также создание полковых объединений, обществ взаимопомощи и расширения военных знаний. Был разработан нагрудный знак КИАФ: круглый щит, разделённый на три равных поля династических цветов (чёрный, золотой, белый), в центре которого располагалась золотая имперская корона с перекрещенными под ней золотыми мечами. Корпусным праздником было выбрано 24 мая нового стиля — день Святых Кирилла и Мефодия, просветителей славянских. Организацией и управлением Корпуса руководил заведующий делами КИАФ, лично подчинённый Главе Императорского Дома. До 1928 года Корпус возглавлял генерал Н. А. Обручев.

Положение о КИАФ включало в себя весьма важный второй пункт, который гласил: «Из числа офицеров (...) производятся назначения в активные военные группы, а так же на этих офицеров возлагаются поручения военного характера. Упомянутые офицеры нелегально отправлялись в Россию для сбора информации и установления контактов с подпольными монархическими группами.

Члены КИАФ занимались также переправкой в советскую Россию монархической литературы, что было сопряжено тогда с немалым риском. На Дальнем Востоке, в частности, в Забайкалье и на территории Приморья, где до начала 30-х годов продолжались антисоветские восстания и партизанская война, в отдельных акциях, производившихся с территории соседней Маньчжурии, участвовали легитимисты и чины КИАФ. Кроме того, в так называемом «Таёжном штабе», — организации, занимавшейся отправкой партизанских отрядов в Приморье, одним из руководителей был полковник-легитимист Н. Л. Жадвойн.

Руководство КИАФ прилагало немало сил и для поддержания на должном уровне военных знаний своих подчинённых, тем более, что с 1926 года, с момента выхода в свет высочайшего приказа № 247 от 15 января, в ряды Корпуса стали принимать нижних чинов, военных чиновников, врачей и медсестёр, а также добровольцев из молодёжи, не имевшей военной подготовки. Поэтому при округах и отделах организовывались лекции и доклады, посвящённые развитию военного дела, а в Белграде под руководством полковника Эвенбаха были созданы военно-училищные курсы. В 1933 году состоялся их первый выпуск, причём семи курсантам присвоили чин прапорщика. В Харбине в начале 30-х годов действовало юнкерское училище, при котором издавался журнал «Юнкер». Тогда же ряд чинов КИАФ окончили Высшие военно-научные курсы генерала Н. Н. Головина (подготовка офицеров Генерального Штаба).

Особые условия для военной подготовки сложились в Шанхае, где в 1927 году при Шанхайском Волонтерском Корпусе международного Сеттльмента был сформирован Русский Отряд, преобразованный затем в Русский Полк. Первым командиром Русского Отряда был чин КИАФ, капитан 1 ранга Н. Ю. Фомин, ряд офицеров и унтер-офицеров вышеупомянутого Отряда так же состояли в КИАФ.

В Югославии деятельный чин КИАФ полковник (в последствии -генерал) М.Ф.Скородумов создал в 1934 году Русское Народное Ополчение (РНО), имевшее стрелковое вооружение и обмундирование. К началу II Мировой войны численность РНО составляла более тысячи человек.

Хотелось бы упомянуть, что чины КИАФ внесли также свой вклад в развитие военной науки, в связи с чем уместно упомянуть имена полковника А. Л. Мариюшкина, лейтенанта Е. фон Шилдкнехта и других, чьи статьи и исследования регулярно публиковались на страницах военной и монархической прессы, а так же выходили отдельными изданиями.

Другой немаловажной сферой деятельности Корпуса была материальная поддержка малообеспеченных соратников, для чего учреждались кассы взаимопомощи, организовывались благотворительные базары и балы. Примером этой бескорыстной деятельности КИАФ может служить устраивавшийся Парижским округом большой ежегодный бал, пользовавшийся большой популярностью у публики, потому что на нём неизменно присутствовал кто-нибудь из членов Императорского Дома.

Приказы и информации доводились до чинов Корпуса посредством «Оповещения КИАФ», бюллетеня внутренней связи. По случаю важных юбилеев выпускалась ежедневная газета «За Веру, Царя и Отечество!». Неоднократные же попытки создать свой журнал (например, «Имперский Штандарт», ред.-изд. А. Ю. Лашкарёв, 1930 — 1931 годы, Белград) не удались, главным образом, из-за за нехватки средств Много материалов КИАФ печаталось и на страницах «внекорпусной» монархической прессы.

Скончавшегося в 1928 году генерала Обручева на боевом посту начальника КИАФ сменил генерал Апухтин. При нём численность Корпуса достигла 15 тысяч человек.

Начавшаяся II Мировая война прервала деятельность КИАФ. Тем не менее, накопленный ним в предвоенные годы опыт не пропал даром. В частности, по инициативе упомянутого члена Корпуса генерала М. Ф. Скородумова, опиравшегося на кадры РНО и КИАФ в Сербии, 12 сентября 1941 года в Белграде начал формироваться Русский Корпус (РК), чинов которого благословил на ратный подвиг сам первоиерарх РПЦЗ Митрополит Анастасий. Когда же известия о его формировании дошли до оккупированного Венгрией Нови-Сада, генерал Апухтин, при поддержке начальника Канцелярии КИАФ полковника Г. К. Дворжицкого и совместно с местным начальником РОВС генералом А. Н. Череповым сформировал Новосадскую дружину, ставшую кадровым ядром для формирования 3-го полка РК. Формирование Русского Корпуса активно поддержали преобладавшие в его рядах чины РОВС, чего, к сожалению, нельзя сказать о руководстве 4-го отдела РОВС, которое не только не поддержало почин генерала Скородумова, но и пыталось интриговать против его приемника, генерала Б. А. Штейфона, который, хотя и не состоял в КИАФ, но был легитимистом.

Несмотря на то, что численно чины КИАФ уступали чинам РОВС, в рядах Русского Корпуса они занимали ряд важных должностей: «корпусниками» были, в частности, первый командир РК генерал М. Ф. Скородумов, начальник штаба РК, а затем командир его 3-го полка генерал Б. В. Гонтарёв, командир бригады генерал И. К. Кириенко. Вне всяких сомнений, честь создания Русского Корпуса принадлежит именно легитимистам из КИАФ, а отнюдь не руководству РОВС, как об этом пишут некоторые авторы.

В первые послевоенные годы обстановка для восстановления деятельности КИАФ была исключительно неблагоприятной. Восточная Европа и Китай были оккупированы коммунистами. Многие чины КИАФ погибли или оказались в ГУЛАГе. В зонах, занятых западными союзниками, на русских смотрели сначала как на нацистских пособников, а затем как на агентов Кремля. Там не менее, с 1948 года начинает восстанавливаться деятельность КИАФ в Европе. Были реставрированы Германский и Франко-Бельгийской отделы под руководством полковников А. А. Енджеевского и Г. К. Дворжицкого. Из за массовой эмиграции и перемещения центра тяжести монархической деятельности за океан были также сформированы округа Корпуса в США (начальник — генерал Г. Д. Ивицкий), в Южной Америке (генерал Н. И. Голощапов), в Австралии (сперва — Генерального Штаба полковник В. А. Петрушевский, затем — капитан 1-го ранга Н. Г. Фомин).

С 17 февраля 1950 года Корпус возглавил генерал А. С. Олехнович, который энергично взялся за восстановление деятельности КИАФ. 17 ноября 1953 года он утвердил новое Положение о КИАФ. Особое внимание было уделено пополнению рядов Корпуса новыми членами. Создавались группы военной подготовки молодёжи — добровольцев КИАФ. Кроме того, предпринимались попытки вовлечь в Корпус бывших советских военнослужащих — участников Русского Освободительного Движения. Был изменён порядок производства в чины: если до войны новый чин присваивался за выслугу лет, то теперь это делалось лишь за исключительные заслуги.

Тем не менее КИАФ всё более утрачивал характер военной организации, превращаясь в организацию ветеранскую. В то же время возрастала его политическая роль: Корпус играл важную роль в создании и деятельности Общероссийского Монархического Фронта. Скованный строгой дисциплиной, он не участвовал в эмигрантских раздорах, в его рядах никогда не возникало расколов. Именно по этому КИАФ всегда был надёжной опорой Главы Императорского Дома Великого Князя Владимира Кирилловича.

В послевоенные десятилетия деятельность чинов КИАФ заключалась в распространении монархической идеологии, сборе средств в казну Великого Князя, в поддержке монархической печати, участии в патриотических акциях («День Святого благоверного Князя Владимира», «День непримиримости» и др.). Следует также упомянуть издательскую деятельность Корпуса, выпускавшего не только мемуары, военную и монархическую литературу, но и художественные произведения (например, повести полковника Ю. А. Слёзкина), а так же сборники стихотворений. Последними очагами деятельности КИАФ стали округа в Австралии и США, чья деятельность прослеживается вплоть до 1988 года.

Организационно Корпус Императорских Армии и Флота, этот единственный законный правопреемник Российской Императорской Армии, умер, как легендарный шипкинский часовой, — на своём боевом посту, до конца оставшись верным священному завету: «За Веру, Царя и Отечество!». Но старейшим из его чинов все же суждено было увидеть бесславную гибель советской тирании и первые зарницы Русского Возрождения…

(*) Было бы, однако, несправедливо, только на основании этого факта, все Белые армии характеризовать как антимонархические. К примеру, непредрешенчество Северо-Западной армии было чистой мимикрией. — А. Г.

(**) В этом, впрочем, нет ничего удивительного, так как РОВС, в особенности — на Балканах, численно преобладал. — А.Г.

Источники:

Г. К. Граф. На службе Императорскому Дому России. — СПб., 2004

А. Б. Арсеньев. У излучины Дуная. - М.,1999

Российский Военный Сборник. Т.16. Военная мысль в изгнании. — М., 1999

С. В. Волков. Энциклопедия Гражданской войны. Белое движение. — СПб.-М., 2002

А. Окороков. Политические, военно-политические и военные организации русской эмиграции. — М., 2003.

Русский Корпус на Балканах. Сборник статей и материалов. — М., 2008

В. А. Петрушевский. Стихи. — Изд. Австралийского Округа КИАФ. — Сидней, 1966

В. В. Чухнов. В смятенные годы. — Нью-Йорк, 1967

В. А. Кислицын. В огне Гражданской войны. — Харбин, 1936

Е. М. Красноусов. Шанхайский русский полк 1927–1945. — Сан-Франциско, 1984

Положение о Корпусе Императорских Армии и Флота. // Владимирский Вестник. №79. 1959

А. С. Олехнович. Корпус Императорских Армии и Флота // Владимирский Вестник. №47. 1955

Юбилей полковника Ю. А. Слёзкина // Владимирский Вестник. №92. 1962

Назначение генерала Н. И. Голощапова // Владимирский Вестник. №68. 1957

К. М. Александров. Судьба русского офицерства в изгнании во время Второй мировой войны. Переписка 1946 г. между генерал-лейтенантами А. И. Деникиным и А. П. Архангельским // Новый часовой. Т. 17-18. — СПб., 2006

А. С. Громов. Антикоммунистическая деятельность и военные организации легитимистов в 20-40 гг 20 века. // Царский Вестник. №21. 2009

Версия для печати