Бесплатно

С нами Бог!

16+

20:03

Среда, 28 сен. 2022

Легитимист - Монархический взгляд на события. Сайт ведёт историю с 2005 года

Михаил Смолин. Православие и коммунизм: противостояние. Окончание.

09.08.2022 12:13

"Подавили ли мы реакционное духовенство? Да, подавили. Беда только в том, что оно ещё не вполне ликвидировано" (Сталин. Беседа с первой американской рабочей делегацией).

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Сталин и его углубление социализма

museum



«Религиозный нэп» продолжался в период с 1923 по 1929 год. Несмотря на это, в 1925 году уже основывается печально известная организация «Союз воинствующих безбожников».
Параллельно увеличивалось количество лишённых прав избираться и быть избранным в советском государстве.
В 1926 году лишенцев было чуть больше 1 млн (в том числе 15,2% священнослужители и монахи), в 1927 году их стало уже более 3 млн (8,3% священнослужители) за счёт увеличения тех, кто занимался торговлей (до 24,8%).
«В 1923–1928 годы количество репрессий равно примерно трети репрессий 1922 года». (Н.Е. Емельянов. Оценка статистики гонений на Русскую Православную Церковь (1917–1952 годы). Отношение Сталина к Церкви хорошо передаёт его беседа с первой американской рабочей делегацией в сентябре 1927 года. Он сказал американцам: «Партия не может быть нейтральной в отношении носителей религиозных предрассудков и в отношении реакционного духовенства, отравляющего сознание трудящихся масс. Подавили ли мы реакционное духовенство? Да, подавили. Беда только в том, что оно ещё не вполне ликвидировано» (Сталин. Беседа с первой американской рабочей делегацией. Газета «Правда» № 210, 15 сентября 1927 г. // Сочинения. М., 1949. Т. 10. С. 133). Новая волна гонений против Церкви развернулась в 1929–1931 годы на фоне большевистской политики раскулачивания и коллективизации.
В начале 1929 года Каганович написал письмо руководству партии, где сформулировал идеологическую позицию по отношению к Церкви, сказав, что «церковь единственная легальная контрреволюционная сила». И с ней нужно бороться.
8 апреля 1929 года президиум Всероссийского ЦИК и СНК РСФСР приняли постановление «О религиозных объединениях», которое окончательно лишало Церковь юридического лица. Особенно резкую позицию занимали Джугашвили (Сталин), Бухарин, Губельман (Ярославский) и Молотов, выступавшие за отказ от «послаблений» периода НЭПа.
Начался массовый снос храмов. Эта волна гонений стоила Церкви за 1930–1931 годы «около 60 000 арестов и 5000 казней» (Н.Е. Емельянов. Оценка статистики гонений на Русскую Православную Церковь (1917–1952 годы).
За очередной волной гонений последовал самый массовый голод при коммунистах, в 1932–1933 годах.
Во время голода Сталин неоднократно лично подталкивал местных руководителей в стиле письма от 6 августа 1930 г.: «Форсируйте вывоз хлеба вовсю. В этом теперь гвоздь. Если хлеб вывезем, кредиты будут».
Всего за 1930–1933 гг. из СССР в Европу вывезено не менее 10 млн тонн зерна. А умерло за время голода от 3 до 8 миллионов человек.
В разгар массового голода была объявлена «безбожная пятилетка» (гонения 1932–1936 годов). Целью которой было уничтожение всех храмов и наведение страха на верующих.
«Несмотря на гонения, сравнимые по силе с 1922 годом, провал «Безбожной пятилетки» – в переписи населения 1937 года православными верующими назвали себя 1/3 городского населения и 2/3 сельского, то есть более половины населения СССР». (Н.Е. Емельянов. Оценка статистики гонений на Русскую Православную Церковь (1917–1952 годы).
По переписи 1937 года верующими себя назвали 56,7% населения атеистического государства, которое продолжило бороться с большинством своих граждан с ещё большими усилиями.
После завершения 5 марта 1937 года Пленума ЦК ВКП(б) развернулся массовый террор, сравнимый только со временами «военного коммунизма» при Ленине.
В том же году председатель Союза воинствующих безбожников Губельман (Ярославский) отчитался, что «в стране с монастырями покончено» (Алексеев В.А. Иллюзии и догмы. М., 1991. С. 299). За двадцать лет большевики закрыли почти тысячу монастырей и репрессировали почти 100.000 монашествующих.
«В результате наших оперативных мероприятий, – как в конце 1937 года Ежов докладывал Сталину, – почти полностью ликвидирован епископат православной церкви, что в значительной степени ослабило и дезорганизовало церковь». (ЦА ФСБ ф.3. оп.4. д.244. лл.64-78. Публ.: Хаустов В., Самуэльсон Л. Сталин, НКВД и репрессии 1936–1938 гг. М, РОССПЭН, 2009. С. 407–414).
В этом донесении есть и цифры большевистских репрессий против православных верующих: «Всего в августе-ноябре месяцах 1937 года арестовано 31.359 церковников и сектантов; из них: митрополитов и епископов – 166, попов – 9.116, монахов – 2.173, церковно-сектантского кулацкого актива – 19.904. Из этого количества осуждено к высшей мере наказания [расстрелу] – 13 671. В том числе: епископов – 81, попов – 4.629, монахов – 934, церковно-сектантского кулацкого актива – 7.004».
Гонение на православных верующих 1937–1938 годов «примерно в 10 раз превышает по арестам гонение 1922 года (а по расстрелам в 80 раз). Расстрелян каждый второй (около 20.000 репрессий и 100.000 казней в 1937–38 гг.)» (Н.Е.Емельянов. Оценка статистики гонений на Русскую Православную Церковь (1917–1952 годы).
В итоге к 1939 году на весь СССР оставалось чуть более 100 действующих храмов (из 29 584 на 1928 год) и всего 4 действующих епископа.
Но вскоре были присоединены территории Прибалтики, западной Украины, западной Белоруссии и Молдавии, где оставалось ещё много храмов и монастырей. Коммунистам пришлось опять закатывать рукава и снова заниматься своим безбожным делом. Начинаются репрессии против верующих этих территорий по схеме, отработанной на старой советской территории. Происходят закрытия храмов, арестовываются священнослужители, репрессируются религиозные активисты. Всё это идёт наряду с продолжающимися чисто политическими репрессиями.
«1939–1940 гг. – гонения близки к 1922 году (1.100 казней в год). 1941–1942 гг. – по казням сравнимы с 1922 годом (2.800 казней)». (Н.Е.Емельянов. Оценка статистики гонений на Русскую Православную Церковь (1917–1952 годы).
За время войны 1941–1945 годов, на оккупированных территориях русские люди сами открыли 7.547 храмов, кроме того, на тех же территориях стало действовать более 100 монастырей.
Зная об этом, советское руководство решило в очередной раз попробовать прибрать к рукам церковное руководство и начало политику приглашения оставшихся нескольких архиереев к легализации. Церкви разрешили избирать патриархов, жертвовать деньги на нужды фронта.
Сразу же после Великой Отечественной войны, в которой народы СССР принесли в жертву Великой победе 27 млн своих жизней, у советских жителей начались новые проблемы. В 1946–1947 годах разразился массовый голод. Историк В.Ф. Зима утверждает:
«Голода 1946–1947 гг. в СССР могло не быть, поскольку государство располагало достаточными запасами зерна. Одна его часть, не самая крупная, экспортировалась. В течение 1946–1948 гг. экспорт составлял 5,7 млн т зерна, что на 2,1 млн т больше экспорта трёх предвоенных лет. Другая, основная часть запасов никак не использовалась. На неприспособленных для хранения складах зерно портилось настолько, что не годилось к употреблению. По неполным подсчётам, за 1946–1948 гг. в целом по СССР было начисто загублено около 1 млн т. зерна, которого могло хватить многим голодающим».
В результате массового голода умерло 1–1,5 миллиона человек.
В 1947 году секретарём по идеологической работе ВКП(б) был назначен М.А. Суслов. Сталин при назначении порекомендовал ему «не забывать об атеистической пропаганде среди народа» (Алексеев В.С. «Штурм небес» отменяется: Критические очерки по истории борьбы с религией в СССР. М., 1992. С. 210).
Джугашвили (Сталин) хотел использовать влияние Русской Православной Церкви в своих внешнеполитических делах.
Но он в целом переоценил влияние Московской патриархии, надеясь созвать «Вселенский Собор» в 1948 году. Ставленник американцев Константинопольский патриарх Афинагор (1886–1972) и другие греческие церкви не приехали в Москву в июле 1948 года.
И уже в сентябре 1948 года Сусловым было подготовлено и принято постановление «О мерах по усилению антирелигиозной пропаганды».
В частности в этом постановлении было указано, что «некоторые члены партии из факта победы социализма и господства социалистической идеологии в нашей стране сделали ошибочный вывод, что теперь можно не вести антирелигиозную пропаганду и что религия будет отмирать сама собой… Задача преодоления религиозных предрассудков и суеверий имеет в период перехода от социализма к коммунизму важное значение». (Алексеев В.С. 200).
Всё это происходило на фоне вполне «горячих» репрессий, продолжавшихся против Церкви. В «1947, 1949–1950 гг. – опять всплески репрессий (по докладу Абакумова "с 1.01.47 по 1.06.48 арестовано за активную подрывную деятельность 679 православных священников"». (Н.Е. Емельянов. Оценка статистики гонений на Русскую Православную Церковь (1917–1952 годы).
Ко смерти Сталина, в 1953 году, многие храмы из открытых на оккупированных землях были закрыты, а из 100 монастырей уничтожены 40. Священников расстреливать стали меньше, но если уж давали срок, то уже не по 10 лет, как до войны, а все 25 лет лагерей. (См.: Шкаровский М. В. Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущёве: (Государственно-церковные отношения в СССР в 1939–1964 годах). М., 2005. С. 398).
Общее число осуждённых за политические и уголовные преступления в 1923–1953 годах составляет не менее 40 млн. Цифра эта «весьма приблизительна и сильно занижена, но вполне отражает масштабы репрессивной государственной политики… Если из общей численности населения вычесть лиц до 14 лет и старше 60, как малоспособных к преступной деятельности, то выяснится, что в пределах жизни одного поколения – с 1923 по 1953 г. – был осуждён практически каждый третий дееспособный член общества» (Попов В. П. Государственный террор в советской России, 1923–1953 гг. (источники и их интерпретация) // Отечественные архивы. 1992, № 2, с. 26).

Гонения после Сталина и заключение

После Сталина, при Хрущёве гонения на Церковь стали менее убийственными, но остались столь же последовательными. Расстрелов было мало, арестовывали, по данным специалистов в этом вопросе, по нескольку сотен в год. Но зато происходили массовые закрытия храмов, более половины. Оставшиеся от периода оккупации 60 монастырей были почти полностью закрыты. Священнослужителей стали гнать с помощью лишения государственной регистрации, верующих – с помощью увольнения с работы. Разразилась жесточайшая атеистическая истерия в партийных средствах массовой информации. С помощью пропагандистских художественных и документальных фильмов воинствующий атеизм продолжал свою борьбу с Церковью вплоть до отрешения Хрущёва от власти.
При Брежневе в целом был вполне «холодный» период гонений, без массовых эксцессов.
К 1987 году, к году, предшествующему тысячелетию Крещения Руси в 988 году, в доживающей свои последние годы социалистической стране оставалось 6.893 храма и только 15 монастырей, в основном вне территории РСФСР. И это при том, что примерно половина православного по происхождению населения в СССР продолжали крестить в Церкви своих детей и более 60% отпевать в Церкви своих умерших.
Безбожные воинствующие атеисты не смогли уничтожить Русскую Православную Церковь, даже обладая абсолютной властью в нашей стране при Ленине, Сталине и Хрущёве, каждый из которых делал всё, чтобы стереть с лица Русской земли всякий христианский след.
Борьба с Церковью Христовой – не только богоборчество, за которое придётся отвечать за гробом, не только цивилизационная русофобия, за которую придётся отвечать здесь, на земле, но и абсолютно бесполезная, неподъёмная затея для любых человеческих сил.

Источник Версия для печати