Бесплатно

С нами Бог!

16+

16:30

Суббота, 21 сен. 2019

Легитимист - Монархический взгляд на события. Сайт ведёт историю с 2005 года

Что такое монархия

Автор: Любич Антон | 15.09.2010 22:37

Публичная лекция в рамках проекта РИС-О - Пасхальные чтения

Сегодня мы будем вести речь о предмете, о котором десятилетиями в нашей стране не принято было говорить хорошо. Сперва по причине того, что мы строили коммунизм. А последние пятнадцать лет из-за того, что пытаемся строить демократию. Поначалу – либеральную, теперь – управляемую. Коммунизм обещали построить, но не построили. В демократию верили, но большинство в ней уже разочаровалось. Нам говорили сперва теоретики марксизма-ленинизма, а потом – выкормыши американских и европейских грантов, что то, о чем мы сегодня будем говорить – это морально устаревший инструмент государственной жизни и политики. Говорили, что это рудимент, архаизм, пережиток. Это не так. Предмет нашего сегодняшнего разговора – это инструмент управления государственной жизнью, введение которого в России величайший русский историк Николай Михайлович Карамзин считал основой величия государства, а его сохранение – залогом спасения Отечества. Сегодня мы говорим о монархии.

1. Сущность монархии.

Когда мы слышим о монархии, то у нас формируется вполне определенное представление об обсуждаемом предмете: власть монарха наследственна, пожизненна, власть эта очень широка. Но монархия – это не просто форма правления, при которой Верховная власть в стране является наследственной. Монархия – это особый путь развития общества.

С древних времен в логике известен прием введения собеседника в заблуждение при помощи искусной подмены понятий – софизм. Классическим примером республиканского софизма служит утверждение о том, что замена монархий республиками – это прогресс, переход от устаревшего инструмента власти к более совершенному. Нет, монархия и республика – это не тождественные инструменты, это разные пути развития. Свернув с правильной дороги, путник может быстрее или медленнее устремляться в пропасть, но результат такого путешествия будет определяться глубиной пропасти, а не скоростью движения путника, как пытаются заверить нас демократы.

В дословном переводе с греческого «монархия» означает власть одного лица. Начиная с Аристотеля, монархию сравнивают с аристократией (властью лучших) и демократией (властью народа). Эти формы правления Аристотель считал правильными, в отличие от неправильных, ущербных форм, к которым древнегреческий мыслитель относил диктатуру, олигархию и охлократию.

Власть монархическая естественна и исходит из самой природы человеческого общежития: она имеет образом власть отца в семьи и главы в роде. В этом сокровенная сущность монархической власти: она коренится на подсознательном уровне в человеке, ибо связана не с социальными источниками (властью грубой силы или денег), а с природными для человека категориями семьи и почтения к авторитету мудрости.

Аристотель считал монархию наиболее естественной и самой лучшей из всех форм правления, ибо она вырастает из народа и для народа. Власть отца семьи является образом для власти отца народа – монарха. Как отца и мать мы не выбираем, но приемлем от Бога, так и монарха народ принимает от Бога.

Всякая власть народная основывается на физическом принуждении. Власти демократии мы покоряемся, ибо остаемся в меньшинстве. Власти аристократии народ подчиняется в силу недостатков знания и воспитания. Власти плутократии подчиняются из-за денег, а диктатору – от страха. И грубое принуждение, и использование чужих слабостей, и денежная зависимость, и страх – ненадежные спутники для власти. Можно построить трон из штыков, но на нем трудно усидеть. Но именно на таком зыбком фундаменте кладется основание демократической республики. Иначе строится власть монархическая.

Монархия основывается на нравственном авторитете и идеале, которые воспитываются в ее отношении в обществе.

Монархия, по утверждению русского государствоведа Льва Тихомирова, «выражает доверие по преимуществу к силе нравственной». Для покорения этой силе не требуется как такового принуждения, достаточно лишь постоянное и как можно лучшее выражение и исполнение монархией того нравственного идеала, который ею олицетворяем. Залогом же стабильности монархического государства является при этом следование народом за таким нравственным ориентиром, поддержка такой нравственной модели. Потому началами монархической власти служат, во-первых, начало религиозное; во-вторых, наличие социального строя, без которого невозможна государственность; и, в-третьих, осознание монархией своей нравственно-религиозной функции.

В этом кроется отличие диктатора от монарха. Диктатор, захватив власть, ищет оправдание такой узурпации в фиктивном народном одобрении: вспомните выборы в СССР или нацистской Германии, или сегодняшних диктатурах, как КНДР, Куба, Китай и некоторые другие. Монарх не нуждается в такой фикции, ибо власть он воспринимает не от народа, а от Бога. И является, в отличие от диктатора, не тем, кто украл власть у народа, а тем, кто передает народу при помощи своей власти Божие веления.

Монархия – это власть, основанная на нравственном идеале. Нравственной не может быть ни толпа, ни качественное преимущество: нравственной может быть только личность. Потому власть нравственного идеала, которому учат религия и мораль, выражается только в монархии. Как учил свт.Филарет (Дроздов), митрополит Московский: «Царь, по истинному о нем понятию, есть глава и душа царства. Но вы возразите мне, что душой государства должен быть закон. Закон необходим, досточтим, благоверен; но закон, мертвый в книге, оживает в деяниях; а верховный государственный деятель и возбудитель и одушевитель подчиненных деятелей есть Царь».

Монархия – это идея нравственной, верной Богу власти, также как демократия – это власть количественной силы (власть большинства), а аристократия – качественного преимущества (власть элиты). Демократии мы вынуждены подчиняться из-за физического принуждения. Аристократии мы подчиняемся, покоряясь ее богатству и умственному преимуществу. Единоличной власти одного человека мы подчиняемся лишь веря ей, а это возможно лишь при нашем нравственном к такому правителю (монарху) предрасположению. Нравственность должна руководить нами и составлять сущность власти, которой мы подчиняемся.

При этом, конечно, монарх должен соответствовать определенным качествам. Лев Тихомиров среди них выделял:

  1. самообладание;
  2. умеренность;
  3. долг;
  4. справедливость;
  5. законность.

Итак, монархия – это идея, идея нравственная, то есть идея гармонии и справедливости, честности и порядочности, доверия и уважения людей друг к другу. Монархия основывается на лучших качествах человеческой совести и стремится к тому, чтобы максимально способствовать самореализации человека, не как единицы электората, а как высокодуховной и самодостаточной личности.

Будучи идеей, являясь особым путем развития общества, монархическое начало вырабатывает в народе особое правосознание, особую систему ценностей и приоритетов.

Русский правовед первой половины прошлого века Иван Ильин писал, рассуждая на тему о главных качествах монархического сознания, что оно определяется одной ключевой ценностью: честью. Всякий движим уважением к чужим достижениям и стремлением к своим собственным: «Человек требует от себя всех основных духовных качеств и постепенно приобретает облик рыцарственности. Верность этому облику и составляет его честь. Блюсти свою честь он повинен перед Лицом Божиим, перед лицом своего Государя, перед своим народом и перед самим собою. При этом существенным является не то, что другие думают о нем или говорят о нем, но то, что он есть и чем он остается на самом деле. Вот основные формулы чести: «быть, а не казаться»; «служить, а не прислуживаться»; «честь, а не почести»; «в правоте моя победа». И все это мыслится не как внутреннее самочувствие и внутреннее делание, но как закон внутренней жизни, вносимый во внешний мир, в государственное строительство и в политику.

Это заставляет нас установить и признать, что начало духовного достоинства и чести есть основа не республиканского, а монархического строя».

Отсюда произрастает уверенность монархиста в том, что каждый человек уникален, обладает своими, неприсущими другим в такой же комбинации и такой же степени качествами. Отсюда уважение к рангу, ведь люди неравны не только материально (по росту или по размеру кошелька), но и духовно, по своему интеллекту, качествам: «Люди от природы и в духе – не равны друг другу, и уравнять их никогда не удастся. Этому противостоит известный республиканский предрассудок, согласно которому люди родятся равными и от природы равноценными и равноправными существами. Напротив, монархическое правосознание склоняется к признанию того, что люди и перед лицом Божиим и от природы разнокачественны, разноценны и потому, естественно, должны быть не равны в своих правах».

Монархист не согласится с тем, чтобы государством управляла кухарка, он предпочтет, чтобы это делал человек, обученный и воспитанный для управления государством с детства, сызмальства. Монархист полагает, что если даже зубы мы доверяем специалисту – стоматологу, а не голосованию среди соседей, то и государство должно быть предоставлено в управление профессионалу – с детства воспитанному для служения монарху, а не избранному честолюбцу. Такая позиция основывается именно на нравственном отношении к государству, которое понимается не как способ к обогащению, а как служение и исполнение долга перед Отчизной. Отсюда монархическое доверие к государству в противовес республиканской боязни, когда народ, опасаясь государственного произвола, стремится ограничить его некими частными институтами. Об этом писали десятки мыслителей от Аристотеля и до сегодняшнего дня.

Это было бы пустословием, если бы ни подтверждалось фактами. Забегая вперед, расскажу один из наиболее ярких. После февральского переворота 1917 года спасшиеся Романовы эмигрировали. С 1938 по 1992 годы Российский Императорский Дом в эмиграции возглавлял Великий Князь Владимир Кириллович, который жил в Мадриде, где и приключилась интересная история. Однажды на улицу, где жила Семья Романовых, переехал сын одного южноамериканского диктатора. Его дом был усеян золотом, сам он купался в роскоши. Когда же он узнал, что в паре домов от него скромно живут Наследники Российского Престола, прямые потомки тех, кто 300 лет правил Россией, он был в шоке. Он не мог понять, чем занимались Романовы, если за 300 лет не создали таких счетов в банках Швейцарии, как его отец за 5 лет управления маленьким государством на крае света.

Сущность монархии состоит в том, что власть монарха непроизводна – он не зависит ни от кого на земле, получая власть от Бога. Это и должно быть положено в качестве родового признака в определение: «Монархия – это форма государственного правления, в которой источником власти является Бог (самодержавие) или  сам носитель государственной власти (самовластие), а основанием власти служат ее нравственный авторитет в обществе и традиция, в силу чего власть наследственна и неотторжима».

2. Христианское учение о монархии.

Итак, сущность монархии определяется тем, что это власть, которая  служит нравственному идеалу. А высшее проявление нравственного идеала – это религия, вера. На протяжении веков наша государственность и жизнь общества неразрывно связаны с православием. Обратимся к православному учению о государственной власти.

Центральная его идея состоит в убежденности в том, что царь суть помазанник Божий, суть лицо, наделенное от Самого Бога правом на власть, ответственное только перед Самим Богом за то, как он этою властью распоряжается. Ярко и четко эта мысль была выражена нашим Царем Иоанном Грозным в письме к сбежавшему к полякам князю Курбскому: «Мы, смиренный Иоанн, Царь и Великий Князь всея Руси, по Божию изволению, а не многомятежному человеческому хотению».

Православная Церковь веками благословляла самодержавную власть, освящая ее как Богоданную. Однако сейчас раздаются голоса, что самодержавие изжило себя, что большая часть мира подчиняется демократическим установлениям. Вряд ли такая аргументация приемлема для православного христианина. Как писал в своем труде «Русская идеология» по этому поводу свт.Серафим (Соболев): «Это мнение направлено против Священного Писания с целью уничтожить спасительное его на нас влияние. Ведь царская самодержавная власть в России была основана на словах Священного Писания. А эти слова являются глаголами вечного живота (Ин. 6: 68)». К тому же, хорошо известно, что капуста всегда лучше растет в чужом огороде. Поэтому вряд ли для удостоверения в истинности того или иного утверждения достаточно ссылки на иностранный опыт.

Идея Богоданности царской власти была заложена еще в Ветхом Завете. И первую попытку ее воплощения мы находим в Древней Иудее, однако затем иудейские и израильские цари отошли от Истинного Бога, поклонились идолам, и живительное начало их власти угасло. Угасло, чтобы с новой силой воспрянуть на основе живительного Слова Христа в Третьем Риме.

Впервые обетование о даровании царя народу Израильскому дается на горе Синайской после исхода из Египта, о чем повествуется во Второзаконии: Когда ты придешь в землю, которую Господь, Бог твой, дает тебе, и овладеешь ею, и поселишься на ней, и скажешь: «поставлю я над собою царя, подобно прочим народам, которые вокруг меня», то поставь над собою царя, которого изберет Господь, Бог твой (Втор. 17: 14 – 15).

Это обетование было исполнено Богом во времена пророка Самуила, судьи Израильского. Первым царем Израиля был помазан священным елеем Саул: И взял Самуил сосуд с елеем и вылил на голову его [Саула], и поцеловал его и сказал: вот, Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего [в Израиле, и ты будешь царствовать над народом Господним и спасешь их от руки врагов их, окружающих их, и вот тебе знамение, что помазал тебя Господь в царя над наследием Своим] (1 Цар. 10: 1).

Царь был дан от Бога. Это не народный правитель. Народ не избирает его, не контролирует его. Как писал свт.Серафим (Соболев): царь получает власть «не от народа, и потому она не может быть народом ограничена и перед ним ответственна. Царская власть, как происшедшая от Бога, только перед Ним ответственна и может ограничиваться только волей Самого Бога». Народ просто принимает царскую власть, как принимает истинную веру в Истинного Бога. Будучи верующим, принимает верного. Потому власти царя даже не покоряются, ей верят, ибо она от Бога. Потому как человек становится свободным, становясь рабом Божиим, так и в политическом отношении он отказывается от собственной воли, чтобы следовать воле помазанника Его: где царь, там надлежит быть и подданному (2 Цар. 15: 21).

Царь был дан народу Богом с конкретной целью: для похвалы добру и наказания зла (Рим. 13: 3 - 4). Отсюда и библейское утверждение, перешедшее в самую глубину православной души русского человека: быть верным царю не за страх, но за совесть (Рим. 13: 5).

Реализация царской власти осуществляется промыслом Божиим. Укрепление монархической власти осуществляется исполнением царем воли Всевышнего, на что в своем предсмертном слове указал Соломону псалмопевец царь Давид: будь тверд и будь мужествен и храни завет Господа Бога твоего, ходя путями Его и соблюдая уставы Его и заповеди Его, и определения Его и постановления Его, как написано в законе Моисеевом, чтобы быть тебе благоразумным во всем, что ни будешь делать, и везде, куда ни обратишься (3 Цар. 2: 2 – 3).

Но сам народ Израильский, отвергнувший ради золотого тельца Самого Бога, не был готов принять и власти Его помазанника. Потому уже царь Саул, первый царь Израильский, был искушен народом преступить волю Всевышнего во имя vox populi. В дальнейшем все цари в той или иной степени отступали от Бога: и Давид, и Соломон, и их потомки. Только царь Иудейский Аса сохранил верность Богу.

Даже избранный народ, еврейский народ, до прихода Спасителя не был готов к власти самодержавной.

В полной мере христианское учение о самодержавной власти развилось и воплотилось в Византии и затем достигло своего расцвета в России. Император был помазанником Божиим, правившим своим народом по слову Священного Писания и Священного Предания в симфонии, то есть единодушии, со Святой Православной Церковью.

Царская власть правила народом и государством для того, чтобы народ жил во всяком благочестии и чистоте, как говорит апостол Павел (1 Тим. 2: 2).

Через святое помазание на царство, которое со времен Иоанна Грозного и до Николая II совершалось в Успенском соборе Московского Кремля, царь получал не только священный авторитет, недоступный демократическому избраннику, но, как учит Святая Церковь, царю через помазание сообщаются дары Святого Духа, «Его Божественная благодать, необходимая для царского управления, имеющего целью не только заботу о земном благоденствии подданных, но и преимущественно с момента помазания и заботу об их вечном спасении», - разъяснял свт.Серафим (Соболев).

Именно такое восприятие самодержавной власти, ее миссии и задач позволили свт.Филарету (Дроздову) воскликнуть: «Благо народу и государству, в котором единым, всеобщим, светлым, сильным, всепроникающим, вседвижущим средоточием, как солнце во вселенной, стоит Царь, свободно ограничивающий свое самодержавие волей Царя Небесного».

Подробно проанализировав содержание монархического начала, перейдем к рассмотрению организации монархической власти.

3. Устройство монархической власти.

Устройство республиканской власти основана на ее делении. В древности – это власть римских консулов. Консулов было двое, они избирались на один год, причем правили не совместно, а попеременно: по очереди по одному дню. Ярким примером того, к чему приводит такая организация, стала битва при Каннах, когда Ганнибал разбил римлян после того, как Гай Варрон, дождавшись своего дня, бросил неподготовленное римское войско на разгром иберийской коннице карфагенцев.

В Новое время появилась теоретическая основа для такого деления – теория разделения властей, первоначально сформулированная Локком, а потом доработанная Монтескьё. Власть делилась между правительством, парламентом и судом, независимыми друг от друга, но, тем не менее, взаимосвязанными и составляющими единое государственное тело.

Этот принцип заложен во многих сегодняшних конституциях: России, США, Германии, Франции, Италии. Разработчики этой системы полагали, что в борьбе должно рождаться равновесие, однако они не учли, что государство как раз и появилось, потому что не было единства и согласия воль: шла постоянная борьба. В этой войне всех против всех и появилась государственная власть. Ее воля была поставлена в качестве арбитра выше всех остальных мнений и позиций. В этом единстве и заключается смысл и значение государственной власти.

Монархическая власть этим и отличается от власти республиканской. Власть монарха дается Богом, а потому она едина и нераздельна. Как гласили Основные государственные законы Российской Империи: «Императору Всероссийскому принадлежит Верховная Самодержавная власть. Повиноваться власти Его, не только за страх, но и за совесть, Сам Бог повелевает».

Власть монарха верховна и едина. Она не ограничивается ни в качестве, ни в глубине проникновения. Всякий вопрос может быть предметом личного рассмотрения монарха, но не всякий становится вопросом его рассмотрения. Это качество Лев Тихомиров назвал царской прерогативой – правом монарха разрешить всякий вопрос по справедливости, минуя законы, данные управительной власти. В этом заключается верховность самодержавия. Монарх существует для того, чтобы народ помнил, что есть гарант спокойствия, стабильности, веры и справедливости. Однако царская прерогатива имеет преимущественно символичное значение, нежели практическое, ибо сложно представить, чтобы один человек физически мог бы разрешить значимую часть споров и конфликтов, возникающих в обществе.

Устройство монархической власти представляет собою вертикальный, а не как у республиканской власти – горизонтальный – разрез. Эта организация двухъярусна: собственно монарх, как представитель Верховной власти, располагается на верхнем ярусе, а ярусом ниже находится правительство – власть управительная.

Управляет правительство, Император лишь направляет и координирует его работу, разрешает споры – царствует. Император – стратег, председатель правительства – тактик.

Монарх при этом выполняет множество функций. Так, современный немецкий исследователь Рене Хойсслер выделяет 18 основных функций монарха:

1.       Олицетворение главных принципов государства;
2.       Интеграционная функция – символ общественного единства и стабильности;
3.       Король – это стабильный ориентир в обществе;
4.       Король – хранитель общих ценностей;
5.       Король – надпартийный гарант политического авторитета;
6.       Король и королева – отец и мать нации;
7.       Король как «пастух» и охранник общественных интересов;
8.       Король – национальный «омбудсмен»;
9.       Король-посредник (например, при забастовках);
10.     Функция общественного примера: король – моральный авторитет и олицетворение верности: король – военный вождь;
11.     Король как объект поклонения;
12.     Король – совесть нации;
13.     Король – хранитель национальных традиций и обычаев;
14.     Король – охранитель «золотой середины»;
15.     Функция идентификации: король и его семья как пример и идеал;
16.     Король как символ или «замена» Бога – монархия как «светская религия»;
17.     Король как “avenue of communication with the realm of sacred values” (англ. «дорога общения с царством вечных ценностей»);
18.     Король и его семья – олицетворение общественного величия и идеала.

Из названных функций можно выделить три ключевых: во-первых, роль монарха, как арбитра, надпартийного авторитета; во-вторых, роль символа общества; в-третьих, роль монарха, как олицетворения общественных ценностей и идеалов.

Как подчеркивает сегодняшняя Глава Российского Императорского Дома Государыня Великая Княгиня Мария Владимировна: «Монархия – это не политическая доктрина, а государственный строй и система исторически сложившихся национальных ценностей. Одно из главных преимуществ монархии – ее надпартийность, независимость, позволяющая монарху быть верховным арбитром».

Монархия – это своеобразная проекция семейного уклада жизни на государственный уровень. Именно отношение к монарху как к отцу нации позволяет ему выступать непререкаемым авторитетом, наделенным Божественной санкцией на власть, решающему споры и противоречия участников политической и иной общественной жизни по справедливости.

Власть монарха основывается на религиозных и семейных ценностях народа, то есть на тех опорах, на которых держатся традиции и преемство поколений. Оттого именно монархическая власть, не связанная в своем основании с переменчивым духом времени, выражает верность народа традициям и устоям, связывает прошлое с настоящим и является гарантом того, что и будущее народа не будет утеряно. Ярким примером такого служения является деятельность и роль в жизни своего общества Британского Королевского Дома и лично Ее Величества Королевы Елизаветы II.

Этот семейный уклад монархической власти позволяет монарху быть символом всего народа. Президент не может стать таким символом, ибо есть те, кто за него голосовал, те, кто не голосовал, и те, кто вовсе считает его победу нелегитимной, а власть – узурпированной. Президент – один из нас, а среди равных всегда будет конкуренция за право стать primus inter pares. Монарх изначально стоит выше этой схватки и конкуренции, позволяя всем в равной мере чтить данную ему Богом власть, как подданным его короны и видеть в нем символ государства, народа, страны.

Особенно важно уяснить, почему президент не способен исполнять этих функций, которые само существо монархической власти возлагает на монарха. Да, президент, согласно конституции, выступает гарантом конституции, прав и свобод человека и гражданина, представляет страну, обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти. Однако то, что декларируется конституцией, расходится с тем, что преподносит жизнь. Дело в том, что президент – избранный на четыре года служащий, люди избирают его, он один из нас, назначен нами. В феврале этого года во время своей ежегодной пресс-конференции президент Владимир Путин прямо сказал, что он не правит, а работает на посту. То есть он не правитель, а работник. Он не исполняет долга, он выполняет обязанности. А это принципиально иное отношение к действительности, к своему месту в ней. Заметьте, царь – слуга Богу, президент – слуга нам. Царь оттого стоит бессознательно выше нас, президент воспринимается как обязанный нам чем-то. Очевидно, что отсюда и следуют наше добровольное, основанное на вере, подчинение царю и вынужденное, основанное на силе, подчинение президенту. Мы не подчиняемся президенту из-за монархического принципа нравственности, но из-за того же принципа количественной силы большинства, что и парламенту, а потому и не может президент исполнять роль нравственного арбитра и морального примера для общества: сторонникам он нравится, противникам не нравится – на этом всё.

Не нужно забывать о том, что в монархиях есть место и народному мнению, однако именно мнению. Как подчеркивает русская народная мудрость: Бог царю дает силу власти, а народу – силу мнения. На протяжении веков существования и планомерного развития самодержавия в России существовали такие народные представительства как вече в домонгольский период, земские соборы в Московском Царстве, уложенная комиссия при Екатерине Великой, комитеты при Николае I, наконец, Государственная Дума и Государственный Совет при Николае II. При этом основным принципом формирования таких органов был принцип представительства – выборные представляли своих выборщиков, свои сословия, гильдии, союзы. Это позволяло услышать не абстрактные голословные утверждения политикана, а услышать голос реального специалиста, приехавшего с мест. Таким путем обеспечивалась непрерывная связь между царствующим монархом и управляемым народом.

Выдающийся мыслитель середины прошлого века, выходец из крестьян Гродненской губернии Иван Солоневич в работе «Народная монархия» отмечал, что России нужны «достаточно сильная монархия и достаточно сильное народное представительство, причем силу той и другого мы будем измерять не их борьбой друг с другом, а их способностью сообща выполнять те задачи, которые история поставит перед нацией и страной».

Солоневич считал, что при возрождении в России монархического строя будет существовать техническая неизбежность, а также нравственная и политическая необходимость в народном представительстве. Народное представительство является залогом того, что не возникнет «средостения» между Царем и народом, является доказательством того, что монархия не замышляет ничего такого, что заведомо приносило бы вред народу.

Следовательно, устройство монархической власти состоит в том, что монарх лично осуществляет функции арбитра, символа народа и хранителя его ценностей, имеет право царской прерогативы и лично его исполняет в случае необходимости, а также утверждает правительство, осуществляющее государственную власть, прислушиваясь к мнению народного представительства. Всё названное устройство действует в симфонии со Святой Церковью и имеет своими целями достижение подданными благ на земле и вечного спасения души в будущей жизни.

4. Преимущества монархии.

Что же, мы выяснили, в чем сущность монархии, как устроена власть при монархии. Теперь настал черед такого вопроса как достоинства и недостатки монархии.

Со школьной скамьи большинство из вас привыкло не слышать о монархии ничего хорошего: цари угнетали народ, назначали бездарных чиновников, Россия была лапотным государством. Вам говорили об этом столь долго и так много, что ваш покорный лектор ни сколь не удивиться, если вы после окончания нашей сегодняшней встречи упрекнете его, что он не повторил вам всех этих баек. Мы еще остановимся на том, насколько такие байки правдивы. Сейчас же вспомним народную мудрость: чтобы судить о человеке, посмотри на его друзей.

Вдумайтесь, но ведь все, кого я сейчас перечислю – монархисты: физик и астроном Михаил Ломоносов, химик Дмитрий Менделеев, изобретатель радио Александр Попов, изобретатель ЭВМ Павел Флоренский, десятый чемпион мира по шахматам Борис Спасский, наши чудесные писатели и поэты: Александр Пушкин, Федор Тютчев, Федор Достоевский, Михаил Булгаков, Владимир Солоухин, Борис Васильев. А ведь это только те, кто активно высказывал монархические взгляды и пропагандировал их! И их республиканствующие массы и демократическое сообщество называют глупцами и невеждами…

Выдающиеся философы разных времен отстаивали монархические идеи в своих трактатах: Сократ, Аристотель, Фома Аквинский, Томас Гоббс, Жак Бенинь де Боссюэ, Бенжамен Констан де Ребек, Жозеф де Местр, Георг Вильгельм Фридрих Гегель. Монархистами были Оноре де Бальзак и Стендаль, Иоганн-Вольфганг Гёте и Вильям Шекспир. В сегодняшней Европе можно привести примеры государствоведов-монархистов серба Марко Марковича, француза Анри де Бенуа, уже упоминавшегося немца Рене Хойсслера.

В русской государствоведческой и философской мысли на монархических позициях стояли князь Михаил Щербатов, Николай Карамзин, граф Сергей Уваров, Константин Победоносцев, князь Владимир Мещерский, Лев Тихомиров, Иван Ильин, Иван Солоневич. Сегодня их дело продолжают политологи Андрей Савельев и Сергей Пыхтин, правовед Андрей Сорокин, историк Александр Закатов.

На протяжении веков монархия пользовалась поддержкой и одобрением как Православной, так и Католической церквей.

В своих богословских трактатах идею Божественности монархической власти отстаивали православные старец Филофей, святой Иосиф Волоцкий, святители Филарет (Дроздов) и Серафим (Соболев). О необходимости Царской власти неоднократно говорили святые Сергий Радонежский и Серафим Саровский, который пророчествовал, что после падения монархия в России вновь будет восстановлена.

В своих энцикликах о необходимости сохранения монархических престолов заявляли на рубеже XIX и XX веков Римские папы Григорий XVI, написавший целый трактат на эту тему, а также Лев XIII, Бенедикт XV, Пий XI.

Подробную классификацию преимуществ монархии в своих трактатах приводили Гоббс, Тихомиров, Ильин, Чичерин. Рассмотрим эти преимущества.

1.     Монархией наилучше обеспечивается единство власти, а из единства власти проистекает ее сила. С единством власти связана также ее прочность.

Мы уже отмечали, что государство возникло не по причине наличия совместной воли, что опровергает, в частности, теорию общественного договора, положенную в основу демократического учения, а из-за неурядиц и противоборства – войны всех против всех. Монархия, основанная на единстве воли царя, позволяет наилучшим образом уравновесить разнонаправленные стремления людей. Она лишена таких внутренних конфликтов, как неизбежное противоборство фракций в парламенте при республике, она может полностью направлять всю силу в пользу наиболее правильного решения, уравновешивающего мысленные весы общественной жизни.

2.     Монархия по независимости своей непричастна духу партий. Монарх стоит выше частных интересов; для него все классы, сословия, партии совершенно одинаковы. Он в отношении народа есть не личность, а идея.

В силу своей единоличности ­– раз, в силу своей Верховности – два, в силу своей духовности – три, монархия стоит выше общественных течений и веяний, она независима от политических групп: власть монарха от Бога, и монарх не зависит от воли политиканов, олигархов или кланов. Он правит по своему убеждению к благу Отечества, руководствуясь только волею Бога.

По этому поводу Государыня Великая Княгиня Мария Владимировна сказала в одном из интервью: «Главное достоинство монархии - независимость наследственной верховной власти от партий, от денежных мешков, от каких бы то ни было частных интересов. Благодаря этому монарх способен быть представителем всей нации, осуществлять арбитраж, гасить конфликты, примирять противоречия».

Немаловажно и то, что монарх для народа не личность, а идея. Человеческие недостатки скрываются данным Церковью священным авторитетом. Образно говоря, человеческое скрыто мантией, а оттого монарха видят именно главой государства, а не человеком из соседней квартиры, временно переехавшим в Кремль. В монархии потому не возможны скандалы, дискредитирующие власть, как был в США вокруг отношений президента Билла Клинтона и стажерки Белого Дома Моники Левински.

3.     Монархия наилучше обеспечивает порядок. Монарх есть наиболее справедливый третейский судья социальных столкновений.

Являясь нравственным авторитетом в общстве, монарх способен выступать третейским судьею при социальных противоречиях. Вспомните, например, как своей мужественной позицией поборол попытку государственного переворота в 1981 году испанский Король Хуан Карлос I.

Стоя выше всех социальных групп, монарх не связан их интересами, а его собственный интерес неразрывно связан с общим интересом народа, отчего он, более чем обе из конфликтующих сторон, заинтересован в компромиссном, обоюдовыгодном решении социальных противоречий. Ведь именно монарх заинтересован в общем благе, как никто другой, ибо устойчивость трона его наследника напрямую зависит от отсутствия политических конфликтов в обществе, грозящих переворотом.

Наверное, лучшим подтверждением этому тезису служит то, что даже 27-ой президент США Уильям Тафт признавал именно царское российское трудовое право самым гуманным и честным из современных ему аналогов, что показывает как в век повальной эксплуатации рабочих в западных демократиях: США, Франции, - в царской России стремились учесть интересы труда, примирить их с интересами капитала.

4.     Нет образа правления более пригодного к совершению крупных преобразований, чем монархия.

Монархия, повторимся еще раз, есть власть единоначальная. Безусловно, именно такой власти, концентрирующей силу, легче всего провести долгожданные, хотя и болезненные реформы. Республиканский политик на это никогда не пойдет, ибо это, будучи не только выгодным, но и необходимым в долгосрочной перспективе, непопулярно в перспективе краткосрочной, то есть предвыборной. Ради популизма и громких обещаний республиканские политики готовы жертвовать будущим страны. Это ярко демонстрирует нам правящий класс сегодняшней Франции: экономический упадок требует наступления на излишние социальные выплаты, требует учитывать не только позицию профсоюзов, но и позицию работодателей. Из-за высоких налогов капитал покидает Францию, и страна хиреет. Но под давлением общественного мнения правительство Жака Широка так и не решилось довести реформы до конца, что можно назвать началом конца французской государственности.

Монарх, в отличие от политикана, не связан четырехлетним сроком полномочий, он не отвечает за свои действия перед подданными, а потому и может рассуждать с позиций вящей целесообразности. Потому и стали возможными кардинальные реформы Иоанна IV Грозного, превратившего удельные княжества в единый организм, Петра I Великого, введшего в русский дом европейскую технику, Екатерины II Великой, упорядочившей жизнь сословий, Александра II Освободителя, преобразившего Россию.

5.     Крупной личности точно также легче всего проявить на общую пользу свои высокие качества именно в монархии.

Монарх, не связанный групповыми, кастовыми интересами, вынужден искать и находить в обществе талантливых профессионалов и приближать их к себе в качестве ближайших советников. В отличие от власти республиканской, связанной путами кумовства и фракционности. Монарху, в отличие от президента, нужен не исполнитель, но советник, делатель, тот, кто творчески будет реализовывать и воплощать в жизнь общие предначертания монаршей воли. Не сложно найти в истории подтверждения этому постулату. Достаточно взглянуть на царствование, хотя бы Екатерины Великой: князь Потемкин, князь Румянцев, граф Ушаков, графы Разумовские, графы Орловы, князь Безбородко и, конечно, генералиссимус Суворов – все они смогли реализовать таланты благодаря мудрости Царицы. А кто из сегодняшних министров войдет в историю? Вопрос риторический.

С таким подходом к подбору кадров связано и такое преимущество монархии как глубокий профессионализм: самый монарх с детства воспитывается руководить страною, а затем, не связанный партийными предпочтениями, приближает мудрых профессионалов-советников. В каждой области он, как арбитр, принимает решение, руководствуясь мнениями лучших специалистов. Безусловно, именно так достигается значительно большая прозрачность и эффективность управления, нежели при народном голосовании, когда некомпетентная толпа решает вопросы, о которых она судит лишь по ощущениям и лозунгам, а не по сути. Да и не для кого не секрет, насколько сильно можно в частных интересах манипулировать непросвещенным общественным мнением.

Царь направляют всю свою энергию, всю свою силу служению Богу и Отечеству. Помните слова Петра Великого, обращенные к русским воинам на Полтавском поле: «А о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и славе для благосостояния вашего!». Для сравнения приведу слова французского министра, по предложению коего во Франции была отделена Церковь от государства, Аристида Бриана: «95% своего времени я трачу на борьбу за власть, и только 5% – на попытки реализовать несбыточные обещания, данные перед выборами».

Все эти преимущества в совокупности и позволили русской Императрице Екатерине Великой сказать, что единственная цель монаршего правления – видеть народ счастливым, а ее современнику испанскому Королю Карлосу III – что душа короля попадает в рай, когда достигнуто благополучие его подданных.

Монархия имеет в самой своей природе залог каждодневной реализации этих слов на деле.

5. Недостатки монархии.

Не лишена монархия и недостатков, однако, как отмечали многие мыслители, те недостатки, которые есть у монархии, у республики проступают в еще большей степени. Что у монархии – недостаток, у республики – неизбежность. Что у монархии – ошибка, у республики – закономерность.

1. Замещение власти происходит не по способности, а по случайности рождения.

Это, пожалуй, главный упрек, который республиканцы посылают в адрес монархии. Позволим себе возразить: ведь для народа важны не качества монарха как личности, а его качества, как символа и идеи нравственной власти, как символа и олицетворения власти Бога. Монарх не должен быть умнее всех, он должен уметь выбрать, как лицо, стоящее выше внутригрупповых интересов, нужное и правильное и тем осуществить свою санкцию власти, а не самостоятельно изобретать пенициллин – это излишне. Эта же роль, вне всякого сомнения, лучше выполняется лицом, которое с детства готовится ее выполнять, нежели пускай и восхитительно талантливым, но лишь честолюбцем, который в борьбе за власть не мог не стать связан какими-то предпочтениями.

Кроме того, когда республиканцы критикуют «случайность» монархической власти, они явно прибегают к своему любимому способу вводить человечество в заблуждение, используя политику двойных стандартов. Не случайно ли происходит, скажем, наследование имущества? Однако почему-то никто не возмущается тем, что сын миллиардера получает богатства отца после его смерти (каждый опасается за свои миллионы или тысячи).

2. Безграничная власть производит плохое влияние на некрепкую душу.

Вновь-таки, аргумент лишен основательности и рассыпается, как карточный домик, если присмотреться к нему внимательнее: самодержавный царь – лицо, ограниченное Богом и собственною совестью. Он с детства воспитывается, как Наследник Престола, ему внушается и прививается высокая нравственность и стремление к самому светлому и лучшему.

3. К искушениям власти присоединяется лесть и ухаживанье окружающих.

Указывая на такой недостаток, республиканцы явно забывают, что это не признак монархии в частности, но признак власти как таковой. Монархия же из всех возможных форм государственной власти лучше всех от этого недостатка защищена. Монарх с детства воспитывается для управления на добрых примерах и принципах, в то время как в демократиях к власти приходит честолюбец с улицы, склонный служить личным интересам, а не славе Отчизны. Наследник Российского Престола еще в детстве получал все ордена, кроме Георгиевских крестов, дававшихся исключительно за воинские подвиги. Он сызмальства лишается честолюбия и своекорыстия: в них у него нет нужды, в отличие от республиканского выдвиженца. Единственная забота монарха, как отца своего народа, благополучие и счастье его подданных.

4. Монархия легко переходит в произвол.

Опять же в республиканских государствах мы можем наблюдать произвол не реже, а во много раз чаще, нежели в монархиях. Приведу современные примеры – Зимбабве, Мьянма, оккупированные поборниками «демократии» Косово, Афганистан, Ирак.

5. Монархия всё и всех «опекает», и это ослабляет развитие народа.

Республиканцы, выдвигая такую посылку, услеживают якобы отсутствие у народа при монархической власти личной инициативы, но это опровергается небывалым развитием частного предпринимательства в период самодержавия: Морозовы, Рябушинские, Прохоровы – стали символами того, как, по словам Царя-Мученика Николая II, честностью, бережливостью и жизнью по заповедям Божиим можно достичь богатства и успеха. Проявление благой инициативы не только ни в коей мере не ограничивается, но всячески поощряется монархией.

Конечно, монархия не лишена огрехов, но, во-первых, этих огрехов значительно меньше, чем при республике, во-вторых, они не столь значительны, как у республики, а, в-третьих, позволим себе провести небольшую аналогию. Американский психолог Карл Хесс советовал, принимаясь за дело, думать не о трудностях, а о возможностях, которые в себе таит его удачное завершение. Принимаясь за строительство государственности, нужно думать не о том, что случиться, если луна сойдет со своей орбиты, а логически рассуждать, к чему приведут принятые решения.  В самом деле, неужели женщины должны перестать рожать детей лишь оттого, что те в течение жизни могут заболеть простудой! Столь же абсурдны и апелляции к недостаткам монархии, которые не являются ее недостатками, поскольку отсутствуют при нормальном и здоровом функционировании монархического механизма. Если же недостатки проявляются, согласитесь, их нужно устранять, а не крушить механизм! Ведь больного лечат, а не убивают!

Почему же тогда, спросите, может быть, вы, монархия сегодня является формою правления только в 20% государств. Ответ на ваш вопрос давал в «Сумме теологии» еще Фома Аквинский. Он говорил, что хотя монархия приносит людям доброго и полезного неисчислимо больше, нежели плохого и ущербного, но человек, по причине греховной сущности своей природы, даже малую обиду помнит дольше, чем самое большое благодеяние. Макиавелли дополнял: республика потому привлекает к себе сторонников и отрывает их у монархии, что «обманутый ложными признаками выгоды, народ  нередко сам стремится к своей гибели, и его чрезвычайно легко увлечь обширными надеждами и блистательными ожиданиями». А чего-чего, а «обширных надежд и блистательных обещаний» при республике на бедный электорат обрушивается неисчислимое множество. Республика обманывает человека иллюзорным ощущением некоей причастности к власти. Человек якобы подчиняется только той власти, стомиллионной частью коей он является. В действительности же республика обостряет внутри-общественные противоречия, доводя их до абсолюта или антагонизма. Власть сосредоточивается в руках олигархических группировок, интересы которых нередко крайне далеки от интересов общества. Монархия, по природе своей далекая от популизма и склонности к ничем не подкрепленным обещаниям, гарантирует в противовес республике значительное преимущество: она обеспечивает тождество интересов общества, государства и правящей элиты, чего в республике нет и не может быть в 95% случаев. Достигается это тем, что республика – это образ правления, при котором элита формирует власть, а монархия – это образ правления, при котором власть формирует элиту.

Как резюмировала по этому поводу Глава Российского Императорского Дома Великая Княгиня Мария Владимировна: «Республика – это государство, построенное по образу акционерного общества. В ней есть трезвый расчет, но нет души. Монархия при всех ее недостатках, все-таки гораздо человечне

6. Российская монархия.

Что ж, наконец, мы перешли к самой интересной части нашего разговора – судьбе Российской монархии. Когда мы говорим о Российской монархии, мы должны рассматривать три вопроса: 1) чем она была; 2) чем она ныне является; 3) чем она может для нас стать.

Чем она была? Она была временем расцвета нашей Родины, она была временем процветания ее сил не только материальных, но и духовных. Как писал Николай Карамзин: «Россия основалась победами и единоначалием, гибла от разновластия, а спасалась мудрым самодержавием». У нас развивалась промышленность, наука, культура, образование. Народ жил всё лучше и лучше.

В феврале 1917 года была не революция – был переворот. Был подлый удар в спину нашей стране, удар, который положил начало уничтожению России.

Россия была развитым процветающим государством, и было это именно благодаря монархии. Страной управляли цари и созданный ими управленческий слой – слой высокообразованный и культурный. Когда это всё было уничтожено, Россия покатилась в пропасть, в которую катится до сих пор. Как отмечал Иван Солоневич, социальная революция, в конечном счете, приводит к власти новую бюрократию, которая порабощает народ. Эта же бюрократия формируется из люмпенов – отбросов прежнего общества. Причиной переворота («социальной революции») становится лишь то, что нормальные люди не смогли отстоять свои нормальные интересы перед осмысленным и беспощадным ударом криминала и социальных отбросов. Так было в большевистской России, так было в нацистской Германии, так есть в оккупированном Ираке.

Как гласит арабская мудрость, когда стадо баранов разворачивается, впереди оказываются хромые бараны.

При Царях Россия занимала 4 место в мире по уровню экономического развития и первое место – по темпам экономического роста. Все ведущие европейские экономисты начала прошлого века в один голос говорили о том, что если Россию не остановить, то к 1930-м годам наша страна будет ведущим государством мира как по экономическим, так и по иным показателям. Остановили, но к своей, а не к нашей и вашей радости.

Для сравнения, сегодня Россия по уровню экономического развития занимает 10 место, а по уровню жизни – 82 место (в 1994 году было 56 место). По темпам экономического развития – 37 место. То есть Россия по уровню жизни отстала от Тринидада и Тобаго и лишь чуть-чуть опередила Ботсвану.

Простой рабочий в Царской России получал жалование, эквивалентное по паритету покупной способности царского золотого рубля к современным деньгам, 300 евро в месяц – простой рабочий почти сто лет назад! Сегодня, через сто лет, средняя зарплата (этот показатель выше, чем средняя зарплата простого рабочего) в России 400 евро. Прирост 33% за сто лет. В Великобритании, например, уровень жизни с 1914 года возрос почти в 6 раз, в Испании – почти в 10 раз. На зарплату русский рабочий мог снимать в столице трехкомнатную квартиру, сегодня он ютится в коммуналке. О покупке столичной квартиры московскому рабочему сегодня лучше вовсе не думать. На среднемесячную зарплату московский труженик может купить лишь 0,2 квадратного метра жилья, тогда как питерский рабочий сто лет назад мог позволить 0,8 квадратного метра.

Это цена отказа от Царского Самодержавия. Это цена клеветы и обмана, которыми пытались и пытаются опорочить то время.

Последнее – с 1917 года Россия теряет в среднем по одному миллиону человек в год. Только с 1989 года численность этнических русских сократилась на 10 миллионов человек – 6,5% численности 1989 года – и продолжает уменьшаться.

Российская монархия продолжает жить в эмиграции и живет верой в возвращение на Родину, чтобы возглавить дело возрождения Отчизны. В 1924 году Императором Всероссийским в изгнании стал двоюродный брат Императора Николая II Кирилл I. Это последний российский Император. Сегодня Наследниками Престола являются Глава Российского Императорского Дома Государыня Великая Княгиня Мария Владимировна (внучка Кирилла I) и Ее Августейший Сын Великий Князь Георгий Михайлович. И Государыня, и Цесаревич имеют прекрасное образование. Они окончили Оксфордский университет: Государыня по специальности русской и испанской культуры, а Цесаревич – по международному праву. Государыня знает 6 иностранных языков, Цесаревич – 4.

Чем станет монархия для будущего России? Никто не ответит вам точно, но хуже не станет. Почему? Потому что есть свой опыт до 1917 года, а также опыт современных монархических государств. Да и народ всё больше верит в то, что традиционный путь – самый правильный. Если в 1996 году идею возрождения монархии поддерживало 3% населения, а за либералов голосовало 20% населения, то к 2010 году по разным опросам общественного мнения от 15 до 20% населения поддерживают реставрацию в России монархии, а за либералов хотят отдать свои голоса менее 5% населения.

Можно ли было в это поверить пятнадцать лет назад, а ведь сегодня Государыню во время визитов в Россию встречают хлебом и солью, казачьими разъездами и приемами, на встречу к Ней спешат духовенство и высокие должностные лица. Ведущие газеты и журналы страны публикует интервью с Ее Императорским Высочеством, а телеканалы снимают о ней репортажи.

Время изменилось и дает нам оптимизм, укореняя веру в будущее.

7. Сегодняшняя монархия.

Сегодня в мире 43 монархических государства: от второй по величине в мире Канады до крошечных Ватикана, Монако или Бутана. То есть каждое пятое государство мира. ООН оценивает уровень жизни как «выше среднего» в 64% монархических государств и лишь в 26,5% республик. Среди десяти самых благополучных государств мира восемь монархий: Швеция, Австралия, Люксембург, Норвегия, Канада, Нидерланды, Япония, Дания. Среди десяти самых благоприятных стран мира для ведения бизнеса семь монархий: Новая Зеландия, Канада, Норвегия, Австралия, Дания, Великобритания и Япония.

По уровню жизни в среднем монархии превосходят республики в 5 раз. Уровень преступности в среднем по республиканским странам в 5,5 раз выше, чем среди монархий. Три наименее криминализированные страны мира – монархии (Катар, Саудовская Аравия и Япония), а среди 40 самых криминальных стран мира только три монархии (Ямайка, Таиланд и Папуа-Новая Гвинея), то есть 7,5%. По уровню развития инноваций первые три места в мире занимают монархические государства: Нидерланды, Бельгия и Япония.

Монархисты за последнее время одержали ряд убедительных побед на самых различных выборах. В 1999 году на референдуме в Австралии народ с огромным перевесом голосов высказался за сохранение монархии. Монархию учредило Западное Самоа. На референдуме в 2003 году жители Лихтенштейна высказались за расширение полномочий своего Князя и усиление монархической власти.

Версия для печати