Бесплатно

С нами Бог!

16+

17:19

Понедельник, 05 дек. 2022

Легитимист - Монархический взгляд на события. Сайт ведёт историю с 2005 года

Чёрные дни

Автор: Чудинова Елена | 14.06.2011 14:02

События последних двух недель соединились в одно целое: кровь и грязь – вещи липкие. Все вместе. Всё, по сути, взаимосвязано.

Об одном жалею: лета рифму прогнали, стихов больше почти не пишу. А следовало бы отчеканить по-русски стихотворение Шамиля Джикаева «Едут волчата на хадж», чтобы ходило оно по Сети не в виде неуклюжего подстрочника, а запоминающимися, с хорошими рифмами, строфами. Стихотворение, за которое поэт заплатил страшной смертью, право же, заслуживает достойного перевода.

Напомню событийную канву: беспредельно возмущённый тем, что паломники из Чечни осквернили мемориал, возведённый на месте погребения детей Беслана, семидесятипятилетний осетинский поэт проклял их, как подобает поэту – в стихах, проклял вместе с чёрным камнем, к которому они ехали на поклон.

Одна деталь, показывающая, что дела у нас на сей день всё же хуже, чем в Западной Европе. Салману Рушди и датским карикатуристам предоставляли государственную охрану, Тео Ван Гог отказался от охраны сам, Таслима опять же находится под защитой. Но, невзирая на то, что Джикаев получал угрозы, в т.ч. и угрозу «отрежем голову», предоставить ему охрану ни один чиновник даже не помыслил. Да с какой бы это стати? И вот голову отрезали.

Первая, прочтённая мною об этом чудовищном событии статейка (а ведь ресурс был вполне солидный) просто ошарашила. Да что за средневековые нравы наступают, сетовал полуграмотный автор (Средневековье и родоплеменной строй вещи, мягко скажем, разные). Одни оскверняют, другие проклинают, третьи головы режут… Автор, что самое страшное, вполне искренне, свалил в одну кучу всё. Между тем в сухом остатке имеем мы следующее: человек европейской складки, декан филологического факультета, выразил своё негодование в стихотворной форме. Кого это могло оскорбить – вопрос здесь совершенно несущественный. Любому недоумку должно быть ясным, что поэзия – материя условная. Даже во сне Джикаев не предпринял бы попыток на самом деле провезти свою собаку в Мекку и предложить ей поднять там ножку. Между тем те, что дружно мочились на кладбищенскую ограду, делали это вполне наяву. И голову Джикаеву резали тоже не в стихах.

В убийстве Джикаева пересеклись две по сути несовместимых реальности: варварство и культура.

Я не стала бы делать себе труд столь подробно пересказывать неумную заметку, если б она не иллюстрировала столь ярко важнейшей вещи: общество наше абсолютно не готово к осознанию того, что ныне происходит.

А происходит яростный натиск на несущую конструкцию нашего бытия – на европейский правопорядок.

Что самое, на первый взгляд, парадоксальное, под римское право подкапываются и такие вроде бы ревностные поборники западных ценностей, как нынешние либералы.

Квинтэссенцией здесь выглядит, пожалуй что, цитата из преступника и подонка Бабицкого, ныне благополучно осевшего за рубежом:

«Надо сказать, что чеченцы перерезают горло солдатам не потому, что они садисты и испытывают склонность к какому-то особо жестокому отношению к солдатам, но просто таким образом они пытаются сделать войну более выпуклой, зримой, яркой, достучаться до общественного мнения, объяснить, что действительно идёт война, война страшная, жестокая».

Бабицкий, конечно, мразь особой яркости и выпуклости, но сколько всяких новодворских-шендеровичей тоже готовы оправдывать и зверства, и внедрение шариата – лишь бы назло России.

Либералы переступают грань цивилизации. В унисон с ними эту грань переступают их злейшие оппоненты – единоросы. Различие только в том, что первые и вторые расходятся в решительно несущественном для нас с вами вопросе – кому можно заниматься работорговлей, рубить руки, побивать камнями и многоженствовать – дружественным либо враждебным по отношению к Кремлю «тейпам».

Кстати, о работорговле. На днях Сеть обошло скандальное выступление телеведущей из Кувейта, она же – политическая деятельница. Ярко нашпаклёванная сытого вида тётка в чёрном хиджабе (прошу прощения, но не «дамой» же её называть) безмятежно предложила: а давайте узаконим сексуальное рабство, чтоб мужчинам нашим кувейтским жилось лучше и веселее. А покупать можно пленных русских кяфирок – их в Чечне полно.

Власти РФ, как и следовало ожидать, никак не прореагировали на это баснословное заявление. Любое, сколько-нибудь уважающее своих граждан государство, выслало бы к чёртовой матери «посла».

Между тем хотя бы недавний казус с пожилым рабочим Валентином Юровским, протомившимся в рабстве долгие годы, не оставляет никаких иллюзий: русские рабы на Кавказе есть.

Но удобнее этого не замечать, а инициативы кувейтской тётки счесть за безобидную фантазию.

Что тётка, тётка сказала ровно то, что думала, наглядно продемонстрировав: хоть ожерельем из мобильных телефонов обвешай дикаря, хоть флэшку ему в нос продень – он всё равно будет размышлять о том, на чей караван напасть. В салоне личного самолёта он будет мечтать о работорговле.

Европейские политики пятидесятых годов нас всех сочли бы сумасшедшими. Мы так заигрались в то, что у Кувейта могут быть «послы» и «парламентарии», что сами в это поверили. Мы развели дискуссии вокруг Каддафи, отрицательный он политик, положительный ли. А ключевым к пониманию ситуации является факт, что Каддафи некогда дружил с Бокассой. А Бокасса был – людоед.

Казус «политической деятельницы» из Кувейта вдобавок хорошо показывает нашим сторонникам поиска «друзей на Востоке» их, мягко говоря, недальновидность.

Но ведь столь же безумна (во всяком случае, недавно была) и Западная Европа, предоставляя убежище в худшем случае – главарям чеченских бандформирований, в лучшем – Кунгаевым. Кстати, в последние дни Эльза Кунгаева в наших СМИ каким-то образом превратилась в «школьницу». Вообще-то она была совершеннолетней.

Так или иначе, но убийцы Юрия Буданова, погибшего 10 июня, выступили опять же, прежде всего, против европейского судопроизводства. Всё абсолютно прозрачно: некто желает, чтобы в этой стране царила не юстиция, а «адат».

Впрочем, сильным мира сего позарез нужны какие-то иные версии. Одну из них, абсурдную, но весьма соответствующую чаяниям момента, услужливо озвучивает полуобезумевший шоумен Шевченко: убили националисты, чтоб «разжечь».

«Ну, я думаю, что Дёмушкина тоже можно допросить в связи с этим делом, потому что он явно был заинтересован в убийстве полковника Буданова, он и ему подобные. Потому что именно радикальным националистам очень не хватало символа и знамени, некоего катализатора беспорядков. Я не исключаю, что с их стороны могли придти пули к Буданову».

С экой наглостью бен Леонард напрямую науськивает органы на человека, «обвинения» против которого высосал из собственного грязного пальца. Допросите-ка Дёмушкина, потому, что мне, Шевченке, мерещится, что без него тут не обошлось. Вообще-то на месте Дёмушкина я бы посетила юриста. Подобное нельзя оставлять безнаказанным.

Увы, захоти националисты спекулировать на пролитой крови, «символов и знамён» им бы более, чем хватило: Аня Бешнова, Юра Волков, Егор Свиридов… Список можно длить долго.

Но уверенным Шевченко чувствует себя не зря: всё опять движется по накатанным рельсам.

Вновь в СМИ срочно сливают (вообще-то не подлежащую на подобном этапе разглашению) «следственную информацию»: убийца, покинувший место преступления на автомобиле, имел де «славянскую внешность». Кто б сомневался. В первый раз подобный постыдный трюк применили после убийства Ани Бешновой. Когда вскоре почему-то выяснилось, что «славянская внешность» принадлежала ярко выраженному узбеку, никто ведь из журналистов не задался вопросом – а откуда взялся «славянин»?

Вот «славянин» теперь и выскакивает из-за угла при каждом удобном случае.

Джикаев, Буданов… Ведь оба эти убийства, совершенные одно за другим, имеют предысторию достаточно давнюю. Рада буду ошибиться, но убийц словно кто-то с цепи спустил.

Хвост давно уже виляет собакой, Кавказ – Москвой. А Москва не понимает, не хочет понимать. Москва, точнее некоторая её краснокирпичная часть итальянской сборки, думает, что если учинить цензуру в блогах, прочие проблемы отпадут сами собой.

Логика ребёнка, почитающего самым разумным запретить касторку и бормашину.

Чёрное начало лета. Ничего, выстоим.

Версия для печати