Бесплатно

С нами Бог!

16+

05:02

Суббота, 07 дек. 2019

Легитимист - Монархический взгляд на события. Сайт ведёт историю с 2005 года

О законе «об иностранных агентах»

Автор: Рагнар | 08.08.2012 15:50

Интервью с генеральным секретарем Российского Имперского Союза-Ордена А. Ю. Сорокиным.

В связи с принятием закона, вносящего изменения в деятельность некоммерческих организаций, прозванного «законом об иностранных агентах», ИА «Легитимист» обратилось к нашему постоянному автору, генеральному секретарю Российского Имперского Союза-Ордена Андрею Юрьевичу Сорокину с рядом вопросов, ответы на которые предлагаются вашему, дорогие читатели, вниманию.

Корр. Андрей Юрьевич, как известно, в ноябре этого года вступает в силу федеральный закон о так называемых иностранных агентах. Не могли бы Вы дать свою оценку этому правовому акту, как его действие отразится на работе Российского Имперского Союза-Ордена?

А.С. Оценка названного Вами документа возможна, по крайней мере, двоякая. С юридической и с политической точек зрения. Как профессиональный юрист, постараюсь дать прежде всего юридическую оценку. Но сразу хочу уточнить, что не всякий законодательный акт является правовым. Бывают не только «законы о так называемом», но и «так называемые законы». Дело в том, что право и законодательство не одно и то же. Встречаются, и, увы, не редко «противоправные» законодательные акты, вольно или невольно являющиеся произволом законодателя, воля которого не обусловлена объективными, независящими от субъективного мнения даже и парламентского большинства, правилами поведения. Поэтому главное в юридической оценке - это уяснение соответствия нормы закона норме права, или, если хотите, Божией заповеди. Как это не может показаться на первый взгляд странным в этом может помочь анализ случайных или умышленных, это уже вам судить, технических ошибок. К сожалению, таковых в федеральном законе от 20 июля 2012 г. № 121-ФЗ более чем достаточно.

Корр. Не могли Вы привести примеры самых важных из них?

А.С. Обязательно. В первую очередь следует отметить, что закон использует ряд новых терминов, не давая им определения. В одном словосочетании «политическая акция» содержится уже два слова, как писал М.М. Зощенко, «с иностранным, туманным значением» (рассказ «Обезьяний язык»). Что такое акция. Action – по-английски помимо прочего означает действие. Вопрос, какое действие имеется в виду в законе. Митинг – определённо действие, хотя и не всегда политическое. Например, часты стали случаи проведения митингов против уплотнительной застройки, сноса гаражей и т.п. Их участники к смене власти или смене политического режима либо курса, формы правления или формы государственного устройства совершенно не стремятся. А конференция – действие или нет? А выставка? А сбор подписей? А обращение в государственный орган, коллективное или миллион индивидуальных? Потом, что значит «политическая» акция? Протест против решения органа государственной власти о прекращении трамвайного движения – это акция политическая? Ведь она направлена на изменение решения органа государственной власти в области «транспортной политики», или политики «в области благоустройства». В новой статье 6.1. Закона об НКО говорится о проводимых НКО массовых акциях и публичных мероприятиях – они имеются в виду под «политическими акциями» в статье 6?

Корр. Но ведь в законе дана расшифровка того, что не является политикой?

А.С. Есть такое латинское выражение «determinatio est negatio» - определение есть отрицание, вернее отграничение. Но такое «отграничение» чревато тем, что оно, как правило, не может содержать исчерпывающего перечня того, что «не является». «Яблоко не является грушей, арбузом, помидором», но из этого не следует, что огурец это тоже яблоко. Так в рассматриваемом законе написано, что к политической деятельности не относится, в частности, деятельность в области науки, культуры, искусства. Что ж, физика полупроводников, действительно далека от политики. Но государственная политика в области науки существует. А история? Разве не политическими являются оценки тех ли иных исторических событий? Разве пресловутая «борьба с фальсификацией истории» – это не политика? А политология? Это ведь наука. Имеет она отношение к политике?

Исключена из политической деятельности культура. Означает это, что государственные органы не принимают решений в области культурной политики? Человечеству известны целые «культурные революции». А забытое законодателем образование входит в состав культуры или нет? Кощунственные «выставки» - это искусство или политика?

Всё это, на мой взгляд, результат неправильно узкого понимания политики, сведения её исключительно к политической борьбе, борьбе за власть, в которой закон является не более или менее адекватным субъективным отражением объективной реальности, а лишь инструментом для удержания законотворцами власти и всего, что к ней прилагается.

Именно неясность закона способствует его необоснованно широкому толкованию, и, как результат, не только административному и судебному произволу, но и – вследствие невозможности четко ориентироваться в законодательных положениях – нарушению его со стороны тех субъектов, к которым он обращен, т.е. некоммерческих организаций. В этом смысле, в закон № 121-ФЗ заложена провоцирующая составляющая, которая никак не будет содействовать развитию гражданского общества и правового государства. Нарастанию общественной пассивности и страха - да. Разжиганию социальной розни, шпиономании, «охоте на ведьм», созданию организаций-«мучеников» - да. Укреплению власти, убеждению народа в патриотизме власти – не уверен. Что говорить, если на Красной площади российской столицы бережно сохраняется труп одного из очевидных «иностранных агентов», значки с его изображением которого с гордостью носили в детстве голосовавшие за закон против иностранных агентов депутаты.

Корр. Андрей Юрьевич, хотелось бы узнать Ваше мнение об главной стороне закона, о его направленности против именно иностранных «финансовых диверсий».

А.С. С обывательской точки зрения, от термина «иностранный агент» на меня пахнуло чем-то, что, казалось, в нашей стране больше никогда не повторится. В голове сама собой возникла фраза: «По заданию манчжурской и мозамбикской разведок злоумышлял на товарища…». Лично я помню высказывание, что «американские джинсы – пропаганда вражеского образа жизни». Ничего кроме печальных ассоциаций подобное déjà vu законодателя и правящей партии не вызывает. Оказывается не только «яблоко от яблоньки недалеко падает», но и «медведь от берлоги ходит недалёко».

Что же касается политико-правовой оценки, то и здесь к законодателю масса вопросов. Под иностранными источниками, финансирующими российские НКО, выполняющие функции иностранных агентов, а законе названы иностранные государства, их государственные органы, международные и иностранные организации, иностранные граждане, лица без гражданства, и уполномоченные ими лица. Приравнены к «иностранным источникам» и российские организации, получающие средства из «иностранных источников».

Неужели Россия находится в сплошном враждебном окружении, что государству, а целью его является безопасность нашей страны, приходится осуществлять предусмотренный законом тотальный контроль за НКО? Разве у нас нет союза (!) с Беларусью, разве СНГ не является «содружеством»? Все дружественные нам государства одним росчерком пера стали потенциальными врагами.

А русское зарубежье? За границей проживает около двадцати пяти миллионов наших соотечественников. Многие из них не имеют гражданства Российской Федерации. Их тоже всех подозревать в «злоумышлении»? Опять же, российские граждане, являющиеся также гражданами других государств, так называемые российские бипатриды, являются «иностранным источником» или нет?

Вместе с тем, за границей множество российских организаций, которые, верится, не менее патриотично настроенных, чем авторы закона.

Если представители зарубежной российской дворянской организации подарят Российскому Дворянскому Собранию более или менее дорогостоящий сувенир, РДС, в случае несогласия с тем или иным решением государственного органа, станет организацией, выполняющей функции иностранного агента? Если зарубежные казачьи объединения перечислят реестровому российскому казачьему обществу средства на проведение конного перехода по маршруту небезызвестного белогвардейского Ледяного сибирского похода 1920 года, это будет иностранной помощью, а priori враждебной интересам России? Что вообще такое «функции» иностранного агента? Определения в законе нет.

Как определить действует НКО в «интересах иностранных источников» или в только своих собственных, либо в общих интересах граждан России? Кто будет определять и на основе каких критериев? Одного факта перечисления трёх долларов на счет НКО? Примечательно грамматическое построение соответствующего положения закона – «российская коммерческая организация,.. которая участвует, в том числе в интересах иностранных источников, в политической деятельности, осуществляемой на территории Российской Федерации». Вот это «в том числе» и вызывает вопросы. Участие в политической деятельности в интересах иностранных источников является обязательным критерием иностранного агента? Если интерес иностранных источников «в том числе» совпадает с интересами российских граждан, зачем такую правомерную и общеполезную деятельность контролировать? Или предполагается, что все политические интересы «иностранных источников» (например, Международной амнистии) всегда и везде противоречат нравственно-положительным интересам граждан России (такие вот мы особенные, вроде и конвенций ООН и пр. о правах не подписывали)? Или все решения органов власти, а там ведь тоже люди работают, безусловно совпадают с интересами всех наших соотечественников (ВТО, ядерные отходы, утилизация химического оружия и пр.)? В общем, закон составлен по рецепту Остапа Бендера: «Граждане больше всего боятся непонятного. Побольше непонятного».

Одновременно, анализируемый закон оставляет ощущение, что либо у нас государственные органы претендуют на несвойственную людям безошибочность, либо признается, что система парламентского представительства в должной мере не обеспечивает возможности выражения интересов граждан, поскольку те вынуждены для этого обращаться к иным институтам, чем парламентские фракции политических партий, более того, к финансируемым из «иностранных источников». Либо то и другое.

У власти средств неизмеримо больше, чем могут получить из-за границы НКО вместе взятые. Тем не менее, она считает необходимым реагировать на оппозицию, простите за каламбур, с позиции силы, расписываясь тем самым в том, что сама в действительности не может найти иной действенной опоры. Массовая оппозиция, а иная власти не страшна, есть следствие, а не причина недостаточного авторитета власти, и никакое противодействие следствию причину не устранит, оно бесполезно. Единогласного «одобрямс», всё равно не получится, хотя бы «на кухне». Но российская интеллигентская «кухня» отнюдь не так безопасна, как кажется некоторым.

Корр. Андрей Юрьевич, насколько, по Вашему мнению, закон «об иностранных агентах» будет эффективен?

А.С. Прежде всего, принимая во внимание, что еще в 2002 году был принят федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности», а позднее целый ряд законодательных актов о противодействии финансированию терроризма, даже был создан специальный уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, я полагаю, что закон вообще излишен. Надлежащий контроль государства за деятельностью НКО (и не только НКО) вполне возможен в рамках обычной оперативной работы, без всяких «раздельного учета средств», полугодовых отчетов и т.п. Разве для соответствующих органов проблематично узнать какая организация получила из иностранного источника деньги или имущество, какую позицию такая организация занимает в отношении тех или иных решений органов власти, насколько она активна.

Поэтому единственно, кому выгоден закон – аудиторы (для «иностранных агентов» введен обязательный аудит) и чиновники, которые будут в кризис за счет бюджета выполнять чрезвычайно важную и нужную работу по приёму и хранению, сомневаюсь, что изучению, таких отчетов.

Наряду с этим надо понимать, что к «иностранным источникам» законом отнесены также получающие денежные средства и иное имущество из-за границы российские юридические, но не физические лица. Таким образом, НКО, финансируемые физическими лицами, получающими деньги из-за границы, к «агентам» не относятся. Перестроить нелояльным НКО финансовые схемы проблем не составит.

Я уже не говорю об откровенных юридических «ляпах», предполагающих неэффективность закона. Так, закон предусматривает в случае приостановления деятельности некоммерческой организации запрет «использовать банковские вклады, за исключением расчетов по хозяйственной деятельности и трудовым договорам, возмещению убытков, причиненных её действиями, уплате налогов, сборов и штрафов». Странно, что два юриста - выпускника такого замечательного университета, тем более, что один из них цивилист, специалист по гражданскому праву – не увидели явной ошибки. Банковский вклад – это депозит. Юридические лица не вправе перечислять находящиеся во вкладах денежные средства другим лицам (ст. 834 Гражданского кодекса Российской Федерации). Иными словами банковский вклад – это не те средства, которые находятся на расчетном счете организации. Организация в принципе не может по своему усмотрению рассчитываться ими по хозяйственным операциям, трудовым договорам, налогам и сборам и т.п. Но если бы норма и была исправлена, т.е. термин «вклады» был бы заменён на «средства, находящиеся на банковских счетах», возможность получать с этих счетов неограниченную по размеру зарплату позволяет финансировать из неё ту или иную политическую акцию, причем формально уже не за счет организации, а за счет частного, физического лица, что закон, как уже говорилось, не возбраняет, даже если изначальным источником таких средств является именуемые в законе «иностранным». Можно также свободно использовать наличные средств из кассы НКО, принятые по приходному кассовому ордеру и не сданные ещё в банк. Точно также можно свободно использовать другое имущество, необходимое, например, для издательской деятельности и пр.

Кстати, об издательской деятельности. В издаваемых «иностранным агентом» материалах нужно об этом (статусе «инаг’а») писать. На какой странице, каким шрифтом ещё не сказано. Хотя, я лично считаю, что указание в материалах НКО, что она осуществляет функции «иностранного агента», да ещё и с соответствующим юмористическим лейблом (Джеймс Бонд), - лишняя реклама. Это не совсем «курение убивает». Вспомните хотя бы, как в советские времена слушали различные «радиоголоса». Недоверие к властям, наоборот, повышало доверие, и не всегда обоснованно, к информации «из-за бугра». Тут, в послевыборной истерии, кажется, перемудрили. Эффект может быть обратным ожидаемому.

Вот злоупотребление законом вероятно будет весьма эффективным. Представьте, что на счет вполне лояльной наше стране и участвующей в политической деятельности российской НКО какой-то иностранный гражданин перечислил сто «тугриков», причем его об этом никто не просил. Всё! Эта НКО уже иностранный агент. А за злостное уклонение (тоже ещё абсолютно неправовой термин – «злостное», вроде «строгого» выговора и «грубого» нарушения) новая статья 330.1. Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает лишение свободы до двух лет.

Уровень правовой культуры наших правоохренителей вполне это допускает. Ведь возбудили же дело против кампании ребят, которые устроили прыжки с моста на резиновых канатах, за нарушение законодательства о митингах. И невдомёк было, что свобода манифестаций относится к политическим правам человека, а злополучные прыжки, даже и коллективные, не имели никакого политического подтекста. Ну, забыли дипломированные юристы, что такое система права. Впрочем, вернемся к закону № 121-ФЗ.

Корр. Вы хотите сказать, что одним из главных недостатков закона является то, что он недостаточно всеохватывающ?

А.С. И, слава Богу, что не всеохватывающ. Здесь интересно, что участие в политической деятельности, при всей неопределенности таковой, ограничено целью «воздействия на принятие государственными органами решений, направленных на изменение проводимой ими политики, а также формированием общественного мнения в указанных целях». Видимо сказалось обыкновенное бюрократическое убеждение, что проводимая государственными органами политика может быть изменена только решениями самих государственных органов. Однако помимо государственных органов существуют ещё и муниципальные органы, а также самоуправляющиеся организации (ТСЖ, профсоюзы, разного рода творческие и пр. союзы, ассоциации и т.п.). Решения об изменении политики могут согласно действующему законодательству приниматься и самим «населением». Референдум, например, как форма так называемой прямой демократии, не нуждается в «принятии государственными органами решений об изменении решений государственных органов…». Такие решения изменяются непосредственно «электоратом». Российский Имперский Союз-Орден, в частности, вполне осознает, что воздействовать на республиканские государственные органы для достижения стоящей перед РИС-О цели возрождения Русской Православной Монархии было бы наивно, и способом решения своей главной задачи видит именно народное волеизъявление.

Опять же нововведения закона № 121-ФЗ распространяются только на НКО, зарегистрированные в качестве юридических лиц. Об этом говорят ст. 1 закона об НКО и ст. 21 закона от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ «Об общественных объединениях». Вы спрашивали, какое влияние окажет закон на деятельность РИС-О? Никакого. РИС-О не зарегистрирован в качестве российского юридического лица.

Корр. Кстати, почему РИС-О, который уже более двадцати лет осуществляет свою деятельность в России, до сих пор не зарегистрирован в качестве юридического лица?

А.С. РИС-О не только осуществляется свою деятельность в России в течение двадцати из более, чем восьмидесяти лет своей истории. Последние двадцать лет основная часть Имперской работы выполняется именно в России. Это вполне соответствует современному политическому моменту и той цели, о которой я уже говорил. Странным было бы стремиться к восстановлению исконной в нашем Отчестве Православной монархии путем прямого народного волеизъявления, действуя преимущественно за пределами России.

Теперь о юридическом лице. У нас бытует широко распространенно заблуждение, что понятие «организация» и «юридическое лицо» тождественны – нет регистрации в качестве юридического лица, значит, нет и организации. Это в корне неверно. Юридическое лицо – понятие гражданского права. Статус юридического лица позволяет организации быть участником гражданских, имущественных отношений, выступая в таковых от своего имени (в качестве продавца, арендатора и т.п.). Для этого у юридического лица имеется свой баланс, обособленное имущество, банковский счет. Кстати, именно поэтому закон № 121-ФЗ и распространяется только на юридических лиц. Ведь именно на счет приходят деньги, а на баланс приходуется имущество. Однако, для того, чтобы быть участником иных, чем исключительно гражданско-правовые отношения, общественной организации, в отличие от хозяйственного общества (ООО, АО и т.п.), совсем не обязательно регистрироваться в качестве юридического лица. Согласно статье 3 федерального закона «Об общественных объединениях» создаваемые гражданами общественные объединения могут функционировать без государственной регистрации и приобретения прав юридического лица. Если члены организации при проведении того или иного мероприятия выступают в имущественно-стоимостных отношениях каждый от своего имени, от имени физического лица, особых неудобств возникать не должно. «Иванов арендует читальный зал, Петров оплачивает тираж буклетов, Сидоров предоставляет проекционное оборудование, Ляпкин-Тяпкин предоставляет свой автомобиль, Сорокин читает лекцию». Вспомните хотя бы родительский комитет Вашего класса. Чтобы купить в класс новые портьеры, на которые у директора школы никогда не хватало финансирования, или съездить в Петергоф никакой регистрации не требовалось. Скинулись и провели «мероприятие». В России в этом опыт преогромный.

Впрочем, регистрация в качестве юридического лица совсем не гарантирует того, что организация является многочисленной и деятельной. Помимо регистрации в качестве юридического лица в органах юстиции и в налоговой инспекции необходимо встать на учет во внебюджетные фонды, в органы статистики, представить разные свидетельства в банк, открыть счет, арендовать помещение, нанять, как минимум, бухгалтера, начислять ему зарплату, отчислять с нее налоги и пр. Спросите у иных организаций - юридических лиц реквизиты их банковского счета, чтобы перевести пожертвование. Увы, не все смогут ответить на Ваш вопрос. За наличие счета надо платить, что при отсутствии необходимого числа операций по счету, т.е. минимально оправданной активности организации, убыточно. Следовательно, действуют они точно также как и РИС-О, несмотря на наличие официальной регистрации, точнее «полу-регистрации». Без открытия счета на свое имя организация, как юридическое лицо, ещё не может считаться созданной.

Вместе с тем, тот факт, что РИС-О не зарегистрирован в качестве российского юридического лица не является результатом нежелания Имперцев. В определенных ситуациях Имперцы могут официально выступать от имени дружественных организаций, в которых они состоят, от имени различных СМИ, в деятельности которых они участвуют. По моему опыту, статус сотрудника СМИ бывает значительно выше статуса члена общественной организации, ведь его положение определено законом. Но, принимая во внимание менталитет российского чиновничество статус юридического лица был бы для РИС-О небесполезен.

Однако, к сожалению, все организационно-правовые формы основанных на членстве общественных организаций, предусмотренные законодательством Российской Федерации, в качестве основного организационного принципа предусматривают «демократический централизм»: выборность органов снизу доверху, т.е. предоставление статуса высшего органа управления общему собранию членов (съезду, конференции), следовательно, равенство членов, далее, подотчетность выбранного руководящего органа выбравшему его собранию (съезду). Наши законодатели, увы, не смогли выйти за рамки опыта, приобретенного в КПСС-ВЛКСМ.

РИС-О же построен именно на орденском принципе, который, конечно же, не имеет отношения к некогда бытовавшему среди ряда молодых Имперцев девизу «Наша невеста – Россия». Высший орган РИС-О – Верховный Совет, никому не подотчетный, пополняемый путем кооптации по своему, Верховного Совета, усмотрению. Руководители Имперских подразделений не избираются подчиненными, а назначаются вышестоящими начальниками, перед которыми и ответственны. Такая структура субординационных связей проверена временем, как наиболее отвечающая задаче сохранения идеологической устойчивости, обеспечения дисциплины. Странно было бы, если бы судьба РИС-О решалась не теми, кто на протяжении длительно времени отдавал ему все силы, а, если можно так выразиться, «новобранцами», быть может, ещё недостаточно крепкими в своих убеждениях, не заслужившими право решающего слова. Тот, кто не согласен с Орденом не изменяет его, не «борется за власть», а покидает ряды Имперцев.

Корр. Разрешите, Андрей Юрьевич поблагодарить Вас за столь точные и исчерпывающие ответы.

А.С. Спасибо Вам. Но, к сожалению, в моих ответах было больше вопросов. Правда, адресовать их нужно, наверное, не ко мне.

Корр. Автора!

А.С. Совершенно верно.

Версия для печати